Мама присела на корточки и обняла.
— Что ты, доченька? Ты ни в чëм не виновата. Это они не правы. Ничего, на домашнем обучении будет лучше. Тебя никто не станет обижать.
Тияна мягко отстранилась, она могла вытерпеть только мамины объятия.
Кое-как она окончила девять классов. Сдала экзамены по упрощённой программе. Потом поступила в училище на учителя по фортепиано. Мама в это время боролась за неё, как могла. Часто заступиться за дочь не выходило. На конкурс «Щелкунчик» отправляли Милич, но в итоге поехала дочка какого-то богатого бизнесмена. В другой раз посчастливилось очередному богатенькому, но не ей.
Мама упрашивала учителя, но тот разводил руками и говорил, что так решил директор. Вот и сейчас её выперли из родной музыкальной школы после десяти лет обучения там и двух лет работы, только директор теперь женщина. Было обидно, но как всегда, ни одна эмоция не отразилась на лице.
Тияна возвращалась в дом тëти раньше обычного. Вероника приболела и осталась дома, Юрий на работе. Кто ещё вернулся, она не знала, бесшумно зашла в дом. Собака на веранде не тявкнула, видимо, гуляла где-то.
У Милич был стопроцентный слух, к тому же очень острый. Она ещё в прихожей услышала, что на кухне ругаются.
— Мне надоело жить в одном доме со странной девкой и её псиной! Да, она моя двоюродная сестра, но я больше так не могу. По её роже фиг поймёшь, что у неё на уме! Не ровён час, в спину ножом ударит! — кричал Паша.
— Не утрируй. Ты знаешь, что Тияна не такая. Она чересчур добрая. Лучше помоги оформить над ней опеку, как над инвалидом. Ты же будущий адвокат и знаешь, что нужно делать, — шикнула Венера.
— На хрена она нам тут, мама? — сказал брат.
— Ты совсем ничего не понимаешь, да? Маринка померла, квартира досталась Тие. Между прочим, родители получали её на всю семью. Там и моя доля была. Когда приватизировали, сестричка беременная оказалась, а мы уже жили в этом доме. Родители сказали, что у меня есть где жить, просили отказаться от приватизации в пользу Марины. Я сделала. Думала, они мне наследство оставят. Как бы не так. Папа и мама сразу же завещали свои доли сестричке.
— И что? — спросил брат.
— А то. Тебе двадцать пять, ты скоро женишься. Упекëм Тию в интернат для душевнобольных, ты в её хате поселишься. Зря я ей порошок в чай подсыпаю, чтобы она агрессивной стала? Зря я нашла родителей её учеников и о диагнозе рассказала?
Тияна слушала это, и сердце разрывалось от боли. Она считала тëтю Венеру и её семью единственной роднёй, теперь оказалось, что всё это иллюзия. Родни нет. Работы нет. Она была никому не нужна, кроме мамы, а сейчас и её нет.
Девушка прямо в туфлях прошла на кухню.
— Ой, Тия пришла, — губы тëтки растянулись в улыбке.
— Меня зовут Тияна. Так трудно запомнить? Я уезжаю домой. Больше у меня нет родни, — сказала девушка совершенно спокойно.
— Вот что я говорил, мам? Скорее всего, разговор наш подслушала, а на лице ни один мускул не дрогнул. Ей-богу, мне скоро начнёт казаться, что я в фильме ужасов живу. Собирай вещи, убогая, и уматывай, — сказал брат.
Паша быстрым шагом прошёл мимо и задел её плечом.
Тияна побежала собирать вещи. Хорошо хоть взяла их немного. Тëтка увязалась следом.
— Тияночка, не уходи. Я же пошутила, чтобы Пашка от тебя отстал, — тараторила она.
— У меня больше нет родных. У меня больше нет родных, — начала повторять Милич, собирая вещи.
Брат громко включил в зале телевизор, Тияна вздрогнула и застегнула молнию сумки. Потом она подхватила её и пошла искать Маркиза. Она уедет сегодня в свою квартиру и больше никогда не переступит порог этого дома.
Глава 4
Катя была в полнейшем восторге от своей работы. Она купила на карманные деньги несколько секс-игрушек и теперь использовала их, если просили. Деньги на кошельке росли с каждым днём, и для этого нужно всего лишь ублажать себя на камеру или раздеваться под музыку.
Один из клиентов попросил показать, как она писает. Девушка и здесь не спасовала, взяла с подоконника горшок с фиалкой и оросила его. Клиент был в восторге и заплатил чаевые. Сегодня днём она получила свои первые деньги и прыгала от восторга. Такой заработок казался лёгким. Катя планировала и дальше этим заниматься. Раздвигать ноги — не мешки ворочать. Она частично забила на учёбу и сидела в квартире двоюродной сестры.