Катя столкнулась с мерцающим взглядом существа, показывающего язык и застыла. Рука потянулась к медальону, чтобы сорвать его, но он обжег подчиняющиеся чужой воле пальцы.
Фигурка выросла в размерах и теперь была чуть выше самой Катерины. Девушка переборола оцепенение и бросилась бежать. Она была на пороге, когда что-то схватило ее за волосы и резко дернуло назад. Голова запрокинулась, и работница полетела на пол от этого грубого движения. Паника стучала в висках, но в Катиной жизни уже было такое. Ее детство прошло в плохом районе, потом в юности она часто дралась в школе, а однажды вечером на нее напал какой-то парень. И он сделал именно так – жестоко дернул ее за хвост, швыряя на землю. Шея потом нещадно болела несколько недель. Катя тогда не смогла отбиться – он успел прыгнуть на нее сверху, задрать кофту, но дальше за этим делом его застукали прохожие и обработали по полной программе. Сейчас ей на выручку никто не мог прийти. Катя перекатилась по полу, судорожно пытаясь найти предмет для обороны. Она опрокинула здоровую корзину, там не было ничего подходящего лишь зонт с устаревшей деревянной ручкой. Им она и нанесла удар, в пространство за своей спиной. Удар встретил сопротивление. Девушка как раз повернула голову, чтобы столкнуться глазами с крупной серой кожистой тварью. Зубы и морда не оставляли сомнений – сейчас оно вцепится. Катя с визгом молотила тварь ручкой зонта, затем смогла подтянуть ноги и вскочить. Она вспомнила, что видела в фиолетовой зоне стойку с тростями. У одной был металлический шар в качестве ручки. Девушка раскрыла зонт, швырнула его в тварь и бросилась за новым оружием.
В фиолетовой зоне все выглядело иначе, старый хлам снова казался нужным и притягательным. Кроме того, Катя чувствовала, что ее все время кто-то касается. Ей трогали волосы, трепали платье, по рукам что-то ползало, что-то забралось за шиворот и теперь холодная и скользкая субстанция текла по спине. Щеку обожгло чем-то горячим. Рука дернулась было снова снять медальон, но работница уже разобралась, что к чему.
– Своими щупальцами давай снимай, если не боишься, что отвалятся! – со злобой крикнула она нечисти. – Не лезь в мою голову!
Девушка схватила трость, убеждаясь, что она длинная и тяжелая и бросилась на преследовавшую ее тварь. Язык, как и у статуэтки был высунут, вокруг головы были все те же кудри, но сейчас Катя видела, что это скорее щупальца. Серая кожа воняла чем-то гадким. Девушка наносила удары, куда придется. Тварь пару раз ее цапнула, заставляя взвыть от боли и отвращения и с новой силой сопротивляться.
Они сбили стойку с шарфами, и Катя заметила, что в куче старой ткани что-то мерзким образом шевелится. Медальон накалился и слабо засиял. Серое существо щурило глаза, когда целилось в горло работницы, выходило, что вцепиться в шею оно не могло.
Катя почти с ликованием нанесла несколько металлической частью трости по морде, но затем что-то оплелось вокруг ее ноги, и она упала прямо в кучу тряпья. Шарфы зафиксировали руку, не давая поднять ее. Девушка с ужасом завизжала, глядя как оскаленная зубастая морда надвигается все ближе и нависает над ее лежащим телом.
Вдруг тварь кашлянула. Из ее груди что-то высунулось. Катя сначала не поняла, что происходит, затем почувствовала, как на нее льется почти черная кровь. Кто-то пронзил существо насквозь. Девушка увидела отблеск света на металлическом кончике и попыталась отползти еще дальше. Шарфы не давали ей сдвинуться с места и тогда окончательно взбесившись, Катерина разорвала один из них пополам.
Тварь упала на бок. Катя перекатилась в другую сторону и увидела Александра Константиновича. В его руке был длинный меч, с которого стекала кровь поверженного чудища.
– Можно было не заезжать за пакетами, – задумчиво сказал он.
– Я уволена? – бесцветным голосом спросила Катя.
Старик дал волю смеху и ржал, пока не закашлялся.
– С чего бы? Ты же так вкусно готовишь, просто пальчики оближешь.
С этими словами он взял и слизал с металлической поверхности оружия кровь серого существа. Катя почувствовала острый приступ тошноты.
– И тебе рекомендую, если не хочешь умереть от его яда, – он протянул ей меч.
Катя в полном шоке соскребла пальцем немного черной крови и засунула его в рот. Вкус был омерзительным. Йогурт просился наружу, вежливо уступая дорогу обеду.