Слухи ползли тихо, липко, как слизь. Сначала шепотки за спиной, которые умолкали при моем приближении. Потом – брошенные фразы, вроде бы невзначай: «О, Лера! Слышала, ты в прошлом месяце так классно «помогла» Маше с контрольной… за солидный бонус, да?». Или: «А это правда, что то дорогое колье у Иры пропало как раз после того дня, когда ты одна задержалась в классе? Странное совпадение…». Максим, верный паладин Кати, распространял «компромат» – фотографии, сомнительно похожие на мои тетради рядом с чужими работами на тестах, и скриншоты якобы моих сообщений с предложениями «услуг». Называется “Максим и нейросети”. Все было сделано грубо, топорно, но достаточно убедительно для тех, кто хотел верить. Яд капал по капле, и каждая оставляла жгучую ранку на репутации. Я пыталась игнорировать, зарываясь в холст и книги, но иглы достигали цели. Появились взгляды – не просто любопытные, а осуждающие, недоверчивые.
Егор… Егор был как сжатая пружина. Темные круги под глазами стали его постоянной маской, движения – резкими, экономичными. От него пахло усталостью и все тем же въедливым маслом, которое теперь казалось частью его ауры. Мы должны были идти на бал вместе – таковы были правила нашей игры, о существовании которой я хотела бы забыть и быть настоящей со своими чувствами, но Егор вроде ничего ко мне не испытывает. По крайней мере он это не показывает. Но одно радует точно, он стал теплее и трепетнее относиться ко мне после ситуации с его отцом. Хотя наше явное сближение, слухи это не остановило, от этого подготовка к балу была лишена всякого волнения.
— Ты уверена, что хочешь идти? — спросил он накануне, встретив меня у выхода из школы. Его голос был хриплым, лишенным интонаций. Он смотрел не на меня, а куда-то поверх моей головы, на оголенные ветви кленов, погруженный в свои мысли. Я не могла его винить, срок отведенный кредиторами был все ближе,а нужная сумма хоть и была почти собрана, благодаря моему брату, но была далека от завершения.
— Нет, — честно ответила я. — Но не идти – значит дать им понять, что они победили. Что их яд подействовал и я слабая. Что все что они говорят, правда.
Он кивнул, коротко, резко, по-чужому, от этого в груди предательски ёкнуло.
— Ладно, пусть будет по твоему. Заеду за тобой. В семь, и я уверен, ты всех их там покормишь своей красотой, малышка. - Он грустно улыбнулся, притягивая меня к себе и обнимая.
Больше не о чем было говорить. Тяжесть его мира, отравленная атмосфера в школе, висели между нами невидимой, но ощутимой стеной.
На бал, я надела простое темно-синее платье до колен – неброское, не привлекающее лишнего внимания. Никаких блесток, только скромные сережки. Моя броня. Егор приехал на мотоцикле в чуть помятом, но чистом костюме – видимо, единственном приличном. От него все равно несло легким шлейфом гаража, смешанным с дешевым одеколоном. Он выглядел изможденным, но собранным. Его глаза, когда он помог мне накинуть пальто, были пустыми.
— Готова? — спросил он, и в его голосе я услышала ту же решимость, с которой он шел к Денису просить работу.
— Нет, — повторила я. — Но поехали.
Школьный актовый зал преобразился. Гирлянды огней, искусственные осенние листья, шары, столы с угощениями. Музыка – не слишком громкая, поп-хиты в медленных аранжировках. Пары кружились в центре. Катя сияла в огненно-рыжем платье, облегающем, как вторая кожа, с глубоким вырезом. Она была центром вселенной, окруженная своей свитой – Максимом в дорогом смокинге и парой верных подруг-сплетниц. Ее взгляд, скользнувший по нам с Егором при нашем входе, был холодным и удовлетворенным, как у кошки, видящей мышку в ловушке.
Мы заняли место у стены. Я не хотела танцевать. Да и Егор, судя по его каменному выражению лица, тоже. Он стоял рядом, его плечо почти касалось моего, но дистанция чувствовалась огромной. Он наблюдал за залом, его взгляд скользил по лицам, по Кате, по Максиму, оценивая, анализируя.
— Я схожу за напитком, — сказала я, чувствуя, как сухость во рту становится невыносимой. Мне нужно было хоть какое-то движение, хоть иллюзия действия.
— Хорошо, — кивнул он, не отводя взгляда от танцпола. — Я подожду здесь.
Я пробиралась к столу с напитками, ощущая на себе десятки взглядов. Шепота становились громче, улыбки – кривее. Я сосредоточилась на пластиковом стаканчике с соком, наливая его дрожащей рукой. Я чувствовала, что теряю контроль. Мне нужно было срочно покинуть актовый зал, найти Милану. И тут они появились. Бесшумно, как тени. Катя, Максим и две их безликие спутницы. Они окружили меня полукругом, отрезав путь к отступлению. Запах дорогих духов Кати смешался актового зала , создавая тошнотворную смесь.