Торжественная часть пролетела как в тумане. Речи, песни, напутствия. Я слышала только обрывки, ловила только его профиль, его сосредоточенное лицо, когда он слушал, как он кивал в такт знакомой мелодии школьного гимна. А потом – Кульминация этого события - Звонок. Пронзительный, чистый, ледяной звук колокольчика в руках первоклассницы и выпускницы. Он разрезал воздух, возвещая конец. И начало.
Вокруг поднялся шум, смех, слезы, объятия. Выпускники бросались обнимать учителей, друг друга, родителей. Егор, освободившись из рук классного руководителя, пробивался сквозь толпу к нам. Его глаза сияли. Он был другим – легким, почти невесомым, как в тот день, когда погасил долг.
– Ну, все, – он выдохнул, останавливаясь перед нами. Голос его был немного хрипловатым от волнения. – Я – официально бывший школьник.
– Поздравляю, выпускник, – Денис протянул руку для крепкого, мужского рукопожатия. Но Егор, нарушив все неписаные правила, шагнул вперед и обнял его. Крепко, по-настоящему. Денис сначала замер, потом неловко похлопал его по спине, откашлялся.
– Ладно, ладно, – буркнул он, но в его глазах мелькнуло то самое редкое тепло. – Ты еще экзамены не сдал, расслабляться рано.
– Сдам, – уверенно сказал Егор, отпуская его и поворачиваясь ко мне. Его взгляд – темный, глубокий, полный любви и чего-то такого, от чего у меня сразу же подкосились ноги. – Привет, красавица.
– Привет, выпускник, – я улыбнулась, чувствуя, как горят щеки. Он взял мои руки в свои, большие, теплые, знакомые. Его пальцы сжали мои, волчок на его безымянном пальце уперся в мой – Я так тобой горжусь, – прошептала я так, чтобы слышал только он. – Ты выглядишь… невероятно.
– Это все из-за ленты, – он пошутил, но его глаза говорили, что он понимает, о чем я. – Спасибо, что пришло, - обратился он к Денису.
Денис вдруг крякнул, огляделся по сторонам.
– Ладно, праздник праздником, но пора и честь знать. Пойдемте. У меня тут… кое-что припасено к случаю.
Он резко развернулся и зашагал прочь от шумной толпы, к школьным воротам. Мы с Егором переглянулись, удивленные, и последовали за ним.
У самых ворот, припаркованный так, что перекрывал полтротуара и вызывал завистливые взгляды прохожих и подъезжающих родителей, стоял… Автомобиль. Не просто автомобиль. А новенький, ярко-красный Хавал, с глянцевым лаком, сиявшим под майским солнцем. На капоте – огромный белый бант. Совершенно нелепый, невероятный, роскошный бант.
Мы с Егором замерли как вкопанные. У меня отвисла челюсть. Егор просто смотрел, не мигая, его лицо было маской полнейшего, абсолютного шока. Он медленно перевел взгляд с машины на Дениса, потом снова на машину.
Денис стоял рядом с водительской дверью, засунув руки в карманы, с видом человека, который только что выгулял собаку, а не припарковал у школы роскошное авто. На его лице играла едва уловимая, но совершенно довольная ухмылка. Он поймал наш немой вопрос.
– Ну что, выпускник? – его голос звучал нарочито грубовато, но в нем звенела неподдельная радость. – Теорию в автошколе сдал на отлично, говорят. Практика… тоже ничего, судя по отчетам инструктора. Дальше – самостоятельное плаванье на своём корабле. – Он вытащил из кармана джинсов один-единственный ключ на стильном брелоке с логотипом марки. Подбросил его в воздух. Блестящий металл сверкнул на солнце. Егор поймал его рефлекторно, все еще не в силах поверить. – Держи, теперь твой. С полной страховкой и первым ТО. Только не разбей в первый же день, а то я тебе… – он не договорил, просто ткнул пальцем в сторону Егора, но угроза звучала пустой. В его глазах светилась неподдельная гордость и… отеческая нежность.
Толпа вокруг замерла. Учителя, выпускники, родители – все уставились на нас. Шепот пронесся, как ветер:
— Смотрите!
— Это Егору?!
— Кто это? Брат Леры?
— Машина-то новая!
Я видела зависть в глазах парней, восхищение у девушек, полное непонимание на лицах тех, кто еще недавно считал Егора изгоем. Катя Архипова стояла чуть поодаль, ее лицо было бледным, глаза – огромными. Максим что-то громко говорил своему приятелю, размахивая руками. Но мне было плевать. Весь мир сузился до трех человек: Дениса, Егора и меня.