-Ну, вообще, про меня речи не было. Это только о лордах говорили.
-Выйдешь за пределы территории, и я пристегну тебя наручниками в подвале. – Угрожающе пробурчал Ван Арт, недовольно скривившись.
-Так себе угроза. Попробуй еще. – Про пристегнуть и наручники это он зря. Я совсем не о том подумала.
-Я не шучу, Сеймур. Ты будешь сидеть тут, нравится тебе или нет.
-Прям тут? – Самодовольно поерзала, и кожа покрылась мурашками от его отзывчивости. Будто пять минут назад ничего и не было.
-Договоришься, - Адам усмехнулся, и впился губами в горло, которое я охотно подставила, откинув голову. Хотелось мурчать от удовольствия, прижавшись еще ближе. Так и нимфоманкой стать можно.
Тяжелый сдавленный стон стекает с губ, когда электричество его пальцев обрушивается на пульсирующий клитор. Настойчивая ласка выбивает воздух из тела. Пальцы словно играют, перебирая гитарные струны, заставляя меня издавать звуки разной частоты ему на ухо. Ногти очерчивают мускулистую спину, иногда вжимаясь плотнее до отметин в виде полумесяцев. Бабочки в животе хаотично кружатся, наполняя меня трепещущей пульсацией до корней волос.
Его светлая и чистая кожа так и тянет оставить отметины. Поддаваясь порыву, веду дорожку грубых поцелуев от скулы по шее, к плечу. От моих губ остаются красные засосы, тянущиеся вдоль одной линии. Как только нервы были натянуты до болезненного предела, бедра стали двигаться в такт с его круговыми движениями, отчаянно желая получить разрядку. Но Ван Арт как всегда, остановился в самый неподходящий момент, и сильно сжал ноги под ягодицами, притянув меня невозможно близко.
-Адам, - позорно хнычу от недостатка прикосновений, подаваясь вперед. Пальцы тянутся вниз, чтобы отомстить ему.
-Я весь твой, - хриплая усмешка в мои ключицы от такого нетерпения. Не медля больше ни мгновения, помогаю себе, чтобы получить желаемое.
-А-а-ах, - звонкий стон разлетелся по комнате. Схватившись за его почти высохшие волосы, выгибаюсь назад, удерживаемая крепкой хваткой рук. Как же это потрясающе…мамочка…
Когда тело привыкло и первые волны острого наслаждения схлынули, потянулась к нему. Адам тут же притянул меня за горло, чтобы поцеловать. Колени плотно вжались в мягкий матрац по сторонам от его бедер, давая мне опору для резких движений вверх-вниз. Этому даже не нужно учиться, тобой движет необъяснимая сила, рефлекс. Энергии давно нет места в нас обоих, она осыпается переливающимися искрами по всему пространству. Мышцы в ногах напряглись от таких яростных движений. Стоны тонут в поцелуе, походившем на борьбу за каждый глоток воздуха. Мужские пальцы сдавливают ребра до боли, но такой контраст ощущений еще сильнее разогревает бурю внизу живота. Слишком яркие эмоции отдаются безумным напором, и я кусаю Ван Арта за нижнюю губу. Его шипение теряется в новом поцелуе, зато ладони хлестко бьют по ягодицам и ногам. Тело дрожит от каждого удара, а от небывалого прилива энергии выкрикиваю невесть что, продолжая движения в рай. Дыхания не хватает вообще, и если бы не энергия, благодаря которой можно было не дышать, то мы бы оба задохнулись. Он прав, заряды не причина нашей связи. Мы просто сходим с ума друг от друга, нам все мало. Казалось бы, у нас не может быть ничего общего. Он – наследник, черт его знает в каком поколении, одаренных лордов. Золотой мальчик, на которого возлагают небывалые надежды, родители и общество сдувают с него пылинки. С самого рождения он окружен лоском, баснословными деньгами и слугами, готовыми выполнить любую его прихоть. Его пичкали изнурительными тренировками, занятиями сверх меры, и кучей всякого хлама. Вытачивали безупречные манеры и идеальный нрав. Спорю, что его отец с ума бы сошел, узнай, что на самом деле творит будущий лорд, на плечи которого возложат ответственность за целую страну. А я? Полукровка, у которой нет до хрена и более благородных предков, так еще и горе-папаша оказался противником. Я привыкла ни в чем себе не отказывать, жить, как велит сердце, совершать глупости, не заботясь о последствиях. Я запросто нарушу тысяче и одно правило факультета благородных девиц. Меня с детства не обучали, как должна себя вести леди, не прививали королевский этикет. Я сама себе на уме, и довожу всех до точки кипения. Ну, как мы могли столкнуться? По меркам современного мира, он почти что принц, а я – служанка в его сказочном замке, одна из тысячи таких же, и нам бы впору никогда не пересекаться. Однако судьба решила иначе, а просто так никто не встречается. Действительно ли противоположности притягиваются?
Мои далеки мысли окончательно унесли меня в пучину. Последние рывки, и финишная лента прилетела в глаза, потому что все потемнело. Ногти врезались в стальные мышцы плеч, а ноги сжались вокруг бедер Ван Арта до судороги. Живот свело сладким спазмом, от которого тело потеряло контроль. Мой голос звучит на затворках сознания расплывчатыми междометиями. Слишком хорошо, чтобы сдерживаться. Я готова плакать от этой невероятной вспышки гормонов и энергии в крови.