Ван Арт опустился на кровать, и мои колени вжались в мягкий матрац. Медсестра где-то через пару комнат. Больше никого тут быть не должно… Благо окно выходит не прямо на кровать. Его ладони путешествовали от ягодиц и ниже по ногам. В животе пульсировало, и внутренности словно таяли.
-Все еще хочешь избавиться от лифчика? – Губы невесомо пробежались по шее.
-Я хочу избавиться от всего. – Сжимаю сексуальное мужское горло, облизывая ухо. Его хриплое дыхание – музыка для меня. Ребро его ладони вклинивается между моими разведенными ногами. Вздрагиваю, когда он так искусно гладит через чертову ткань! Но Ван Арт прекращает такое нужное мне прикосновение, и стаскивает лонгслив вверх, я быстро поднимаю руки. За ним летит и лифчик, а после я сама тащу его футболку наверх. Общими усилиями, мы избавили его от верхней части одежды. Какое же у него тело! Обожаю касаться каждой твердой мышцы. Одной рукой он накручивает мои волосы, и жестко тянет вниз, заставляя прогнуться еще больше. Спасибо, занятиям гимнастикой, я могу достать пальцами ног хоть до лба. Его вторая рука на пояснице служит мне опорой.
Губы неспешно покрывают поцелуями шею, опускаются к груди. Мурашки пробежались по коже, через которую сочится его же энергия. Заглушаю стоны, покуда Адам кусает за соски, оттягивая и одновременно целуя. Сжимаю волосы на его макушке, плотнее приближая к своему телу. От жадных поцелуев остаются красные засосы. Как мучительно дрожат ноги…
Он отстраняется, выпрямляясь.
-Встань, - голос надрывный и гортанный. Не медля, соскакиваю на пол. Стою между его ног. Адам, все еще сидя, прижимает губы к моему животу. Одной рукой он оттягивает леггинсы, а другую вжимает во внутреннюю часть бедер. Опускаю ладонь на его плечо, сжимая кожу ногтями. Сдавленно стону от таких щекотных движений языка, и от ласки пальцев внизу.
-Адам, - его имя остается сладким привкусом на языке. Он останавливается, и стягивает с меня леггинсы вместе с трусиками. Адам встает, откидывает мои волосы назад. И когда он снова взял их в плен своего кулака, я зачарованно припадаю к его горлу, и веду дорожку поцелуев вниз, опускаясь к ремню. Мятный запах мужской кожи я знаю наизусть. Живот свело спазмом от вида его эрекции. Прикусываю кожаный ремень, высвобождая из петли черных джинс. Пальцы так больно тянут волосы наверх, лишь разбавляя новой краской мое удовольствие. Расстегиваю ремень, и поддавшись внезапному желанию, касаюсь губами натянутой ткани, совсем невесомо сжав зубами. Рваный вдох Ван Арта и то, как сократились мышцы на его животе, дали понять, что ему понравилось. Однако играть он не намерен, потому что меня мгновенно тащат за волосы вверх. Я и поддаюсь.
Разгоряченный воздух в комнате накаляется. Ван Арт оставляет дразнящий поцелуй, не давая мне на него ответить.
-Ляг, - приказывает, все еще в нескольких миллиметрах от моих губ, жадно окидывая светящимися глазами. Нетерпеливо ложусь на кровать, и он достает из кармана смартфон. Открывает чехол, и кидает презерватив на кровать. Неплохой тайник. Телефон швыряет на пол, снимает с себя все лишнее, и от вида его обнаженного тела, у меня все плавится, в горле пересохло. Похоже, вся жидкость в моем организме стекает по бедрам. Адам разводит мои колени в стороны, устроившись между ногами полностью готовый. Тянет на себя, и вот мои мучения окончены.
Глухо простонав, выгибаюсь, как струна, еще глубже опускаясь на него. Энергия освещает темное пространство. Адам тяжело дышит, приоткрыв губы. Глаза полны огня и страсти. Я обхватываю ногами его поясницу, а он в ответ наклоняется, и кусает мою шею. Это так восхитительно, ощущать его так близко и глубоко. Чувствовать дикое удовольствие от этой наполненности.
-Когда меня перестанет так накрывать от тебя? – Адам опустил руки по сторонам от моих плеч. Короткие пряди его темных волос в полном хаосе, от этого он выглядит еще красивей. Голос отстраненный, словно он в бреду. Вскрикиваю, когда он начинает двигаться.
-Никогда, - шепчу тот ответ, который хочу.
-Ты будоражишь каждую клетку моего чертового сознания. – Не знаю что приятней, его слова или движения внутри?
-Адам, - со стоном срывается с губ.
-Мой самый тяжкий грех. – Царапаю его спину, и рука Адам смыкается на моем горле. – И я каждый раз предаю, лгу, ненавижу себя, но снова и снова поддаюсь тебе.
-Да-а-а, - жадно ловлю ртом воздух, дрожу в лихорадке.
-Ведьма. - Выдыхает Ван Арт, а после накрывает мои губы. Поцелуй заглушает стоны, хоть мне и совершенно плевать, услышит ли нас кто-нибудь. Мы раздразнили друг друга, и теперь нами двигала лишь одна цель - получить желанную разрядку. Мои ладони скользят по его телу, ерошат волосы. Кровать жалобно скрипнула, ударяясь изголовьем о стену. Еще несколько быстрых толчков и мы оба летим в бездну, сливаясь в одно целое. Я довольно вытянулась на постели, упиваясь своей победой по всем фронтам. По морде Ван Арта и не скажешь, что он расстроен проигрышем. Хм, вне зависимости от исхода битвы, приз у нас одинаковый. Есть ли вообще смысл нам воевать друг против друга?