-Тебе бы стоило родиться мальчиком, дорогая. Вставай сама или помогу.
-Без рук! – Предупредительно гаркнула.
-Тогда живее. – Требовательный тон. Раздраженно встала, нехотя плетясь за этим шкафом.
Мы, и правда в каком-то бункере. Везде мельтешат люди в черном и солдаты. На меня поглядывают с подозрением и любопытством. То, что у меня связаны руки, не мешает показать им средний палец.
-Ева, не позорь меня, ради всего святого, - усмехнулся Маркс, идя впереди. И как он увидел?
-Скажи спасибо, что не словами. – Уж чего только на войне от мужчин не услышишь! Такие фразочки, просто закачаешься.
-Боюсь представить. – С притворным испугом отозвался он. О, черт! Сколько времени я пробыла в отключке? Меня ищут?
-Сколько я тут?
-Часа три, - равнодушно пожал плечами. Скотина! – Нил переборщил с дозой.
-Я хочу уйти! Отпусти! Меня будут искать!
-Уже ищут, дорогая. Твоя заботливая команда уже прочесывает гору. Жаль, что не найдут.
-Даже не вздумай их трогать!
-Духи, я за пять минут уже устал. Как с тобой Катарин управляется?
-Я сказала, отпусти меня!
Он остановился, медленно повернувшись.
-Я тебе не жалкий тьютор, усекла? Так что впредь уважительней разговаривай!
-Если кто-то и жалкий, то как раз-таки ты. – На свою вольность в ответ я получила пощечину. Звонкий шлепок отразился от стен, голова отвернулась в сторону. Щека адски заныла, и я непроизвольно прижала к ней руки.
-Еще раз позволишь себе так выражаться, объясню доходчивей. – Металлический голос не терпел возражений. Взяв меня за связанные запястья, потащил по коридору.
-До тебя никак не дойдет, дурочка, что я хочу, как лучше! – Швырнул на улицу. Свет ударил в глаза. Где мы? Это место мне не знакомо. Похоже, на дикие джунгли. Лагерь, напоминает наш, только меньше. Возле маленького сооружения в гору сложены тела наших солдат. Почему, они не оставили их? Зачем забрали? Или они были пленными?
-Где я? – Я озвучиваю вопрос, адресуя его пустоте, но Маркс ответил:
-Дома. – Он оскалился, и я испуганно округлила глаза. Нет, нет, нет! Он не мог перевезти меня на чужую землю! Не мог! Как же я вернусь!? Мамочка! – Успокойся, я пошутил.
Урод! Ненавижу! Чтоб ты сгорел в аду!
-Где ты, Ева? – Он подошел, разговаривая со мной, как с ребенком.
-В аду.
-Твое предубеждение мешает видеть всю картину. – Что за туманные фразочки? Мы что, в крокодила играем? – Я не могу сказать тебе правды. Увы, политика не твоего носа дело. Но никто не может запретить тебе догадаться.
Он пытается мне что-то сказать? Упрямо смотрю вокруг, напрягая извилины.
-Наемник! Его казнили за измену! Что ты об этом знаешь? – Я развернулась, прожигая его глазами.
-Твои предположения. – Скучающе опустился на большой камень, и поднял с земли бутылку с темной жидкостью. Что ж, здесь никто не заткнет мне рот за вольные высказывания о короне.
-Он не предатель, да? Это дело рук короны? Наемников наняли, чтобы убрать лордов?
-Сколько вопросов, - усмехнулся, вздернув брови. – Как я могу с тобой обсуждать военные дела, зайка? Ты мне противник. И для всех сама числишься предателем.
-Но ты сам спросил о моих догадках!
-Любопытство, что поделаешь. – Отпил с горла. МУДАК! Как же он бесит!
-Значит, я права! – Прочитать этого человека было невозможно. До того вышколенным было его поведение и выражение лица.
-Глупая ты, глупая маленькая девчонка. Тебе бы косить под дурочку, да удачно выйти замуж, детишек рожать, а не в политике разбираться. Не женское это дело.
-Печально признавать, что я твой лучший вариант, да? – Язвлю, напрягшись всем телом. Веревка больно впивается в кожу. Следы от энергетического оружия не проходят быстро. – Можешь представить, какой провал с остальными?
-М-да, запустила тебя Катарин, запустила. – Скривился, смотря перед собой.
-Что ж ты не помог? – Думал одной пощечиной заткнуть меня? Было бы все так просто.
-Я – воин, дорогая. У меня лишь одна семья. Это мои солдаты.
-Тогда чего ты ко мне лезешь? Стал сентиментальным на старости лет? Стакан воды подам только с отравой.
Он прикрыл глаза от разочарования.
-Феликс, - щелкнул кому-то пальцами. К нему подошел худощавый мужчина, у которого на поясе был сложен энергетический хлыст. Жесткая штучка, кожу рассекает, только взмахни. Еще и потом заживает, как на обычных людях из-за энергетических блокировок. Видела, как пленных ими рассекали. Жуткое зрелище.
-Да, командир? – Он обратился к Марксу, поскольку тот молча разглядывал меня.
-Один. – Туманно сказал Маркс. Что он имел ввиду, не знаю. Да только я и подумать не успела, как этот Феликс взмахнул хлыстом. От удара такой силы, упала на сырую землю. Прямо по лицу! Боже! Как же это больно! Щека рассечена. Импульсы энергии сотрясали тело. Кровь тонкой струйкой стекала по лицу. Слезы побежали непроизвольно, рефлекторно.