- То-есть, вы хотите сказать, что людям в этом мире не место? – заполнил новую паузу полковник.
Посмотрев на собеседника, Вальтер недобро ухмыльнулся.
- Я хочу сказать, что для очень многих обитателей этого мира, сознание людей – привлекательная еда. Или средство порешать всякие свои проблемы. И они их, собственно, решают…
Замолкнув, он сосредоточился на работе шестом.
Покинув канал, позолоченное судёнышко вышло на водную гладь обширного озера. Вытащив из воды шест, Вальтер пристроил его на специальные держатели вдоль борта. Избавившись от роли гондольера, он уселся на скамью напротив ложа полковника.
- На ваше счастье, - продолжил штандартенфюрер, - высшие силы этого мира сдержанны, рассудительны и непорочны. Вы только держите в уме, что слово непорочный имеет в текущем контексте весьма специфическое значение. Суть его в том, что цели не задаются пороками. Которые, увы и ах, присутствуют у всего, что не является целым. А к целостности, как известно, можно только стремиться. И не важно кто ты, без пяти минут бог или без четверти века человек.
Несмотря на то, что гондолой никто не правил, она медленно и уверенно плыла к центру озера. По мере приближения к которому постепенно усиливался не особо понятный звук.
- Но к делу, делу, - слегка обеспокоился Вальтер. – Упомянутым мной высшим силам нужна энергия вашего мира. Видите ли, они в него, скажем так, проросли. Человечества вся эта вселенская энергетическая кухня не особо касается в том смысле, что не несёт ему какого-либо вреда. Пользы, впрочем, тоже не наблюдается. Я веду к тому, что визиты людей в этот мир, не есть наша цель. Они – побочное явление. Скажем так, люди научились использовать свойство некоторых сопутствующих полей. Мы же, со своей стороны, пошли вам на встречу, постаравшись придать происходящему некий практический смысл. Так сказать, осуществить культурный обмен. Толку от него, впрочем, почти никакого. Разные эпохи, разные смыслы, - подытожил Вальтер, после чего замолк.
- Так что вы от меня хотите? – обратился к собеседнику полковник, принявшись обеспокоенно вглядываться в поверхность воды за его спиной.
Где-то там, дальше, шумела падающая вниз вода. Но что именно там происходило, было пока не особо понятно.
- Ничего. Мы не хотим от вас ничего, - устало потёр переносицу Вальтер. – Это лучшее, что вы можете нам дать. Ибо более взять у вас нечего…
Скорее всего, имелся определённый контроль его, Выготского, восприятия. А может преднамеренно глюкнула местная реальность.
Это к тому, что задать вопрос или прокомментировать сказанное полковник не смог. Точнее, не успел. Влекомая потоком лодка достигла середины озера.
Вероятнее всего на середине находилось что-то вроде слегка притопленной большой трубы, в жерло которой уходил излишек воды. К этой трубе подплыв, гондола в неё неотвратимо ухнулась.
Полетев во тьму, Выготский испугался и закричал. Отчего проснулся.
***
- Слава тебе Господи, очнулся! – всплеснул руками доктор.
- Ох ты-ж блин, - пробормотал полковник.
Самочувствие было не то, чтобы очень скверным, но уж точно далёким от нормы.
Приподнявшись на кушетке, на которой он, как оказалось, лежал, Выготский обратился к доктору:
- Ты же вроде не верующий?
Задав вопрос, полковник приподнялся и уселся на пятую точку, принявшись изучать локацию, в которую его занесло. На счастье, она оказалась земной, знакомой.
Он всё ещё находился в комплексе, в небольшом помещении процедурной. Костюма на теле не оказалось, его сменила синяя медицинская пижама.
Ну, если не вытащили на поверхность, значит ничего серьёзного. Или просто не успели вытащить?
- Ты давай свои шуточки завязывай, - нервно произнёс доктор. - Это ЧП, знаешь ли. И оно меня категорически не радует. Вот прямо от слова совсем!
- Так что произошло-то? – осмотрев процедурную, поинтересовался полковник.