Но оборотень только ухмыльнулся и отказался:
- Обойдусь без этой демонстрации.
- И многое теряешь, - прохрипел Аграев.
- Не сомневаюсь, - откликнулся Демоновский.
Лестница, ведущая на второй этаж, заскрипела, и вскоре по ней спустился высокий темноволосый мужчина лет сорока. Подозрительно нас всех оглядев, он осведомился у Егора:
- И кто же это?
Широко улыбнувшись, этот мелкий гаденыш ответил:
- А это мои друзья, пап. И моя девушка.
И показал при этом на меня.
Вот же кусок дерьма!
Не одна я так считала, поскольку тут же послышалось предупреждающее рычание со стороны Макса. Видимо, кошаку тоже не понравилась шуточка Аграева.
Я мстительно улыбнулась, наблюдая за бледнеющим колдуном.
Палец его тут же устремился в сторону Миры.
- Моя девушка, - на всякий случай повторил он.
Отец парня кивнул, попрощался с нами и ушел в ему одному известном направлении. Оставалось надеяться, что нашего разговора он не слышал.
А вот Демоновский насмешливо глянул на Егора и предупредил:
- Молись, чтобы Олег об этом не узнал.
- Что? – непонимающе переспросил Аграев.
Собственно, Мира тоже к нему присоединилась, изумленно смотря на брата.
- Не моя тайна, - поспешил ответить Макс, и больше мы к этой теме не возвращались.
Домой меня в тот вечер провожали оба оборотня. Причем если Демоновский молчал, то Мира не умолкала ни на секунду. Девушка говорила обо всем: и об обычаях их народа, и о школьных новостях.
И лишь когда мы уже подошли к моему дому, Макс изрек:
- Завтра поговорим.
Мира теперь затихла. А вот я начала судорожно размышлять над тем, не сбежать ли подальше от этого любознательного парня.
- Даже не думай, - предупредил меня проницательный кошак.
Невольно улыбнувшись, вошла в дом, стараясь не оглядываться на одиноко бредущих в сторону леса оборотней.
Глава 24
Проснувшись чуть раньше обычного, спустилась на первый этаж и застала мать на кухне. Мать сосредоточенно читала рецепт какого-то зелья и при этом проверяла наличие необходимых трав.
- Мам, - осторожно позвала родительницу. – Ты только не пугайся, но тут теперь не только вампиры, но еще и оборотни обитают.
Я отчетливо видела, как листок с рецептом выпал из руки женщины.
- Что? – встряхнув рыжими волосами, поинтересовалась у меня родительница. – Если это шутка, то она самая худшая за всю твою историю.
Скромно улыбнувшись, присела за стол и вкратце рассказала матери об оборотнях и о наших с Егором поисках вампира. Неодобрительно хмурящаяся родительница внимательно меня выслушала, уточнила фамилию представителей семейства кошачьих и лишь затем осведомилась:
- Лола, где были твои мозги, когда ты в одиночку отправилась в лес на поиски вампира?
- Я была с Гором! – сочла нужным исправить мать я.
Та лишь скептически усмехнулась. Кажется, личность Аграева не внушала ей особого доверия.
И я была с ней полностью согласна: Гор – та еще задница.
Впрочем, больше никаких нравоучений не последовало, поэтому я подхватила сумку и направилась к выходу из дома, давая матери время на то, чтобы обдумать услышанное.
Мне же нужно было еще успеть добраться до школы вовремя.
Выйдя на крыльцо, я тут же замерла. В десяти метрах от меня, прислонившись плечом к небольшому клену, стоял Игорь. Рядом с точно таким же деревцем в паре метров от этого гада устроился и Макс.
Еле подавив в себе желание вернуться обратно в дом, захлопнуть дверь (а лучше еще и запереть ее) и притвориться невидимой, сбежала по ступенькам и улыбнулась сосредоточенным кошакам.
Вовремя вспомнив, что с растениями я контактирую неплохо, а скрываться теперь смысла нет, я попросила клен Игоря отвесить ему небольшой пинок. Деревце спорить не стало, поэтому в то же мгновенье его ветка очень удачно встретилась с задницей Львова. Макса же клен ласково погладил более приятного сердцу оборотня по голове.
Узрев такую несправедливость, Игорь возмущенно фыркнул. Ничего не сказавший Демоновский только ухмыльнулся, но вот выглядел он вполне довольным.
В отличие от Львова, по крайней мере.
- Выпендриваешься? – злобно рыкнул Игорь.
Не сдержавшись, счастливо ответила:
- Наслаждаюсь.
О да, этот момент меня действительно радовал, потому что можно было беспрепятственно пакостить зарвавшимся кошакам, возомнившим о себе не весть что.
Тем временем выглядеть Львов стал еще злее, он сделал ко мне пару шагов и прошипел: