А где-то внизу ныл Витик:
- Дай мне-е… Дай посмотре-еть…
Я оторвался от могучего аппарата и взглянул на Витьку. Он со своим стареньким бабушкиным биноклем был какой-то очень несчастный и смешной.
- На, посмотри немножко, - сказал я.
Витька прямо впился в круглые стеклянные линзы. И тут по всему бульвару пошел крик: «Летит! Летит!..» И Витька тоже заорал как полоумный:
- Лети-ит!..
Я вырвал у Нытика бинокль и направил его прямо в небо. И вдруг сердце у меня забилось, и так сильно, что я даже придержал его локтем: я видел, как по темному небу мчится красная звездочка. Наша! Красная!..
- Ур-ра! - завопил я на весь бульвар.
И маленький замерзший старичок тоже вдруг разгорячился и подхватил хриплым голоском:
- Ур-ра! Ура, друзья мои!..
А когда мы шли с Витькой обратно домой, мы уже твердо решили, что полетим на Луну, на Марс и куда-нибудь еще подальше. Мы знали: так и будет! Мы знали это совершенно твердо!
А вот откуда появился вдруг полевой бинокль, мы еще не знали. Откуда же?!
17 ноября.
Летом можно гонять в футбол, зимой играть в хоккей. А что делать осенью? На улице слякоть, грязь и вообще противно.
Ребята стали приставать к председателю совета отряда Толе Буланчикову:
- Ну придумай что-нибудь! Придумай! Не зря ведь мы тебя выбирали!
Толя морщил лоб, чесал затылок, важно вертел в руках самопишущую ручку, но так ничего умного и не придумал. Тогда он созвал совет отряда совместно с активом.
- Пионер должен быть всем ребятам пример, - сказал Толя. - Он должен все время совершать хорошие, общественно полезные дела!
- Это мы без тебя знаем! - крикнул кто-то. - Ты что-нибудь интересное изобрети! Новенькое!
- Давайте подумаем вместе! Всем коллективом! - предложил Толя.
- Собирать металл! - крикнули сзади.
- Мы всегда собирали, собираем и будем собирать металлолом, - сказал Толя. И, заглянув в тетрадку, словно не помнил наизусть, добавил: - Из собранного нами металла можно изготовить десять новых автомашин «Победа»!
- А сколько «ЗИМов»? - ехидно крикнул кто-то.
- Насчет «ЗИМов» я не в курсе.
- Знаем! Слышали! Это все хорошо!.. Да ты что-нибудь еще придумай!
- Давайте собирать бумажную макулатуру, - пропищала со своей парты Леля Мухина.
- Как тебе известно, Леля, мы и это делаем! - Буланчиков снова заглянул в тетрадку. - Из собранной нами макулатуры можно сделать двадцать тысяч новых тетрадок. И мы будем продолжать эту работу.
- Будем, будем! А что-нибудь еще!.. Что-нибудь… чего еще не делали!..
- Может быть, Сева Котлов нам поможет? - сказал Буланчиков. - Он ведь у нас великий изобретатель!
Все повернулись, стали смотреть на меня и ждать. И, наверно, от этого у меня произошло полное затмение мозгов.
Так ничего и не придумав, мы разошлись по домам.
19 ноября.
В последнее время я так привык ко всяким чудесам, что даже перестал обращать на них внимание. И я почти не удивился, когда нашел сегодня в парте записку, опять отпечатанную на пишущей машинке: «Эх вы, горе-изобретатели! Неужели ж вы забыли, что почти в каждом доме есть люди, которые нуждаются в вашей помощи: пенсионеры, инвалиды войны? И еще! Прямо напротив школы вырос новый дом. Неужели не заметили? Да ослепли вы, что ли? Дом еще надо немного принарядить: очистить от мусора, протереть окна и так далее. Тоже ведь неплохое дело, а? Мозгами надо шевелить, ребятки!»
И опять в углу стояли те же три буквы «ТСБ».
Я сразу помчался к Толе Буланчикову и потребовал внеочередного созыва совета отряда совместно с активом.
- Мы же только позавчера собирались, - сказал Толя. - Нельзя устраивать заседательскую суетню!
Любит наш председатель умные выражения!
- Да при чем тут суетня? Никто вовсе не будет суетиться. Есть гениальные общественно полезные дела! Понял?
На совете отряда я аккуратно изложил все, о чем было напечатано в таинственной записке. Правда, о самой записке я почему-то забыл упомянуть. И все подумали, что новые полезные дела придуманы лично мною. Все хвалили меня, называли «светлой головой», «великим изобретателем» и даже «гордостью класса».
И только один Витька заныл:
- Да-а… У нас на весь дом только один пенсионер - и Севка его обязательно захватит.
- Как тебе не стыдно! - возмутилась Наташа Мазурина. - Вы можете вдвоем шефствовать над этим пенсионером. Может, он совсем слабый, больной, бессильный.
- Это хорошо-о, если больной, - протянул Витька. - А если здоровый?!.