Сар стоял на коленях, меч выпал у него из рук, пальцы левой руки сжались в кулак, а правая была прижата к боку, как будто это могло помочь.
— Убери! — резко приказала Сильфида.
Сар вздрогнул, но мгновенно убрал руку. В следующую секунду лицо его отразило досаду и злость, он попробовал вернуть руку обратно, но Силь уже не позволила, полностью сосредоточившись на лечении.
К тому времени, когда дело было сделано, зал уже опустел. Девушка отодвинулась от эльфа и быстрым взглядом окинула помещение, соображая, нужна ли ещё кому-то немедленная помощь.
Прикрывавшие её Алекс и Костя были практически целы — только пара царапин на лицах. А вот Роман с трудом стоял на ногах, похоже, пытаясь вынуть из-под рёбер нож.
— Суки! — пожаловался он. — Моим же ножом!
Силь проигнорировала этот комментарий, быстро подошла к нему. Ни слова ни говоря отодвинула его руки и опустила на место раны свою маленькую ладошку.
Роман стоял, терпеливо ожидая продолжения и шумно выдохнул, когда исцеляющая магия закончила сращивать ткани.
— Спасибо, лапочка, — пробормотал он. — Хочешь я тебя за это поцелую?
— Роман! — рявкнул Алекс у Силь за спиной, прежде чем та успела как-то среагировать. А когда обернулась, капитан ни на кого из них уже не смотрел: — Быстро все по номерам. Собрали вещи и на корабль. Мне проблемы с полицией не нужны.
— Итааак… Ты и наша девочка?.. — протянул Константин спустя несколько часов, когда они добрались до корабля, вышли на орбиту и даже успели немного отдохнуть. Все шестеро сидели теперь в кают-кампании, расположившись на своих любимых местах.
Конкретно Роман отдыхал весьма специфически, так что Сильфида ещё не успела ни остыть, ни взять себя в руки, у неё даже не было сил покраснеть ещё сильнее. Её лицо всё ещё было ярко алым от их «отдыха», и она всё ещё чувствовала вкус Романа на своих губах. Она была растрёпана так, что как ей казалось, всё было СЛИШКОМ очевидно.
— Не глупи, — расслабленно произнёс Роман. Он даже не поднял взгляда на соратника, чтобы ответить, и вместо этого протянул руку, чтобы стереть что-то с краешка губ Силь. (Она не хотела думать, что это было!) — Когда ты так говоришь, кажется, что между нами что-то происходит. Но она всего лишь моя игрушка, так ведь, лапочка?
Силь нервно облизала губы, слишком смущённая, чтобы сейчас смотреть кому-либо в глаза. И всё же она кивнула. Наверное, следовало обидеться, но трепет от унижения невероятно возбудил её.
Это не должно было ей нравиться. Она должна была ненавидеть этого мужчину за то, что он унизил её перед всеми — перед Саром, что почему-то было особенно важно! Наверное, потому, что с этим эльфом у неё и так было достаточно проблем!
Но ей это нравилось. И она всё ещё чувствовала то отвлекающее тепло между ног, которое Роман оставил нетронутым после двух часов развлечений.
Его рука обвилась вокруг неё и чувственно погладила её спрятанную под мягкой тканью рубашки грудь. Силь представила, что будет, если она встретится глазами со всеми, на кого она теперь не осмеливалась взглянуть. Вместо этого Сильфида смотрела вниз, на свою грудь, сжатую сейчас в ладони Романа.
Рука Цыгана соскользнула ниже по её животу и лёгким шлепком заставила её развести бёдра, чтобы потом остановиться на горящей промежности. И конечно же четверо других мужчин проследили за каждым его движением, так что теперь все их взгляды остановились у неё между ног.
Силь тяжело дышала, её соски затвердели и отчётливо выделялись под рубашкой. Невозможно было не заметить, как она возбуждена.
По крайней мере у Тана хватило порядочности опустить глаза.
— Но она моя ЛЮБИМАЯ игрушка, — продолжил Цыган, возвращая руку ей на грудь и снова поглаживая жаждущий ласки холмик. — Я рекомендую вам как-нибудь попробовать её. Я бы с радостью поделился ею со всеми вами.
— Роман… — в голосе Алекса слышалось рычащее напряжение, но когда Сильфида решилась и скользнула взглядом к его лицу, то увидела там скорее растерянность — как будто он был не совсем уверен, что теперь делать.
Силь быстро свела ноги вместе, с трудом удерживаясь от того, чтобы подтянуть их к груди, попытаться спрятаться. Унижение жгло её изнутри, заставляя чувствовать себя совсем потерянной. Острые ощущения и возбуждение стремительно гасли от страха, что эти люди больше не будут относиться к ней как прежде.
Силь подумала, что могла бы справиться с их презрением. Но не с гневом. Что если они разозлятся? Она была отвратительна и знала это.