Глава 21
Утро следующего дня встретило Анатолия солнечным лучом, настойчиво пробивающим ресницы, и звонком телефона. Звонил Адамс, прилетевший следом за ним, и готовый к подвигам.
– Лети ко мне, Паш, разговор не для офиса. Полетишь в Лондон, надо кое-что по Алиске порешать. Я сегодня дома поработаю, захвати почту с офиса. Да, захвати все что есть на этого дружка моего, господина Портнова, надо думать, как ответим. Или они совсем оборзеют. – Он говорил, и рассматривал себя в зеркале в ванной. Вид усталый, круги под глазами, надо заняться собой.
Пока Адамс ехал, успел позаниматься в зале, поплавать в бассейне, и встречал подчиненного в столовой за завтраком.
– Присоединяйся, ты ж еще не завтракал. – Галина сама принесла второй прибор, и отослала девушку, которая крутилась возле стола.
– С удовольствием, но только кофе. Я же терпеть не могу вашу эту овсянку, сэр! – Он сам взял чашку и налил кофе из кофейника. Посмотрел на стол, вздохнул и подцепил сырник. – Хотя сырники у вашей кухарки отпад!
– Сырники Галина Петровна для меня сама делает, как моя бабушка. А овсянка на воде, это же пища английских аристократов. Вон, моя жена изо всех сил мечтала примазаться. – Он сделал глоток кофе, и подумав, тоже взял сырник.
– Мечтала? Уже не мечтает, или я не в курсе? – Тотчас уловил тему Адамс
– А вот это дело, ради которого я тебя позвал. Кроме тебя никому поручить не могу, а самому мне с этим Дэвидом встречаться не хочется. Лисенок сбежала от мужа, живет с другим и уже ждет ребенка. Этот хренов аристократ не дает развода, а кто бы дал, дом принадлежит Лиске, и живет он на мои деньги. Только и достоинств, что в родстве с местным бароном, а там их таких штук пять, и наследство не светит, а жить красиво хочется. Короче, надо его прижать, чтобы развод дал как можно быстрее. У тебя же явно на него что-нибудь есть. В крайнем случае, самом крайнем, можешь обещать ему дом. Хотя если я денег не дам, как он будет его содержать? Так что, дави, как сможешь. Через месяц надо сыграть свадьбу. Про этого, нового, знаешь? – Посмотрел пристально, но Адамс даже не смутился.
– Знаю. Матвей Бородин, на год старше Алисы, закончил колледж тоже в Англии, дизайнер, уж не пойми чего. Простой пацан, питерский. Семья не богатая, старая интеллигенция. Мама учитель музыки, папа строитель. Но мальчугана учили за границей, так что деньги нашли. Не курит, не колется. Не привлекался, не бабник. Открыл свою мастерскую, кой-какие контракты уже есть. – Спокойно изложил, глядя невинными глазами.
– А мне почему не доложил? – Усмехнулся хозяин.
– Босс, а откуда мне знать, что вы не в курсе? Моя задача – безопасность холдинга, я с этой точки зрения проверил нового члена семьи. Все чисто, а других задач не было.
– А на Дэвида у тебя есть что? – Решил подколоть его Денисов, вроде как выражая недоверие.
– Ну, Дэвид и в студенческое время баловался кое-какой запрещёнкой, а за последние полгода там чего только нет – бабы, наркотики, долги, карты любит ваш зятёк. Работу он бросил, да и название было одно – адвокат. Ни одного законченного дела, так ерунда всякая. Боюсь, дом придется за долги отдать. Или подождать пару месяцев, и Алиса станет вдовой. Вот, у меня все с собой. – Он достал увесистую папку.
– Избавь меня от этой грязи. Не хочу даже смотреть. Если не продавишь, позвони, условия согласуем. Главное – развод за неделю. – Анатолий даже поморщился, представив в руках папку с мелкими делишками зятя.
– Да, босс, еще я привез вам дело этого Шелестова В.Н., вы просили. Вот, доставили. – Он извлек из портфеля серую папку, похожую на ту, что лежала на его столе.
– Положи на стол в кабинете, да кабинет закрой на ключ. И можешь ехать. – Помощник резво убежал, а Анатолий пошел в спальню к жене, та еще не выходила, демонстрируя обиду. На стук в дверь отозвался томный, демонстративно измученный голос.
Вошел, жена, уже в легком шелковом халате возлежала в кресле, на голове повязка в лучших традициях водевиля. Рядом, на резном столике, бутылочка валерьянки и бокал с водой. Резкий запах сердечных капель и духов, плотно закрытые окна и шторы. Он подумал, что в такой атмосфере и ему может стать дурно.
– Дорогая, я запрещаю тебе третировать Алису. Еще раз повторяю, если с девочкой или ребенком, не дай Бог, что-нибудь случится, тебе не поздоровится. Поэтому, сходи на массаж, на шопинг, и улыбайся. Понятно? – Голос звучал устало, так надоело это притворство за все годы!
– Ах, да делайте вы что хотите! Я вообще могу уехать… Меня Софи давно звала в Милан и Париж. Но ты же не отпустишь меня одну, а ехать с этой бабищей мне просто тошно! –Умирающим голосом прошептала жена.