… Они знакомятся с Данькой в первом классе – его семья только приехала в Москву, они живут в съемной квартире, дом еще не выбран, но уже выбрана школа, лицей с углубленным изучением языков. Класс подобрался из таких же воробышков, все еще мелочь сопливая, бледные от волнения, у большинства за спиной элегантные мамашки, малоподвижные телохранители, либо водители, несущие яркие рюкзаки со школьной мелочевкой.
– Я Потап! А тебя как зовут? – Тонким голосом спрашивает он, набравшись смелости. Тощий пацан с черными волосами и живым подвижным лицом отвечает невнятно, и он слышит:
– Бу-бу-бу … Стах…, – и удивляется вслух, – что это за имя, Стах? Когда пацан все же выговаривает свое имя – Даниил Астахов, он уже все решает:
– Будешь Стах, это круто. Что за Данила-дурачила. – И они берутся за руки и идут в паре в класс. Так начинается их дружба, более крепкий Потап никогда не дает друга в обиду, а веселый Стах всегда умеет рассмешить его. И еще, уже к концу первого года, они замечают, если Стах хорошо попросит, внимательно глядя в глаза, ему никто не может отказать. Ребята пользовались этим, но не часто, по необходимости, когда залёт невозможно было скрыть.
О наличии способности к гипнозу друзья узнали уже в старшей школе. Непонятно, с какой целью, к ним в школу привезли известного гипнотизёра, который проводил лекцию и сеанс в актовом зале. Представление оказалось веселым, артист со сцены велел всем сцепить руки в замок, и тех, у кого эти руки не расцепились, пригласили на сцену. А дальше пошло веселье, он давал задание, а ребята его выполняли.
Зал умирал от смеха, когда по приказу «открутить хвост у слона» одна девочка крутила перед собой, похоже, воображаемую гайку, а другой мальчик, вскочил и одной ногой наступив на воображаемый хвост, двумя руками вращал его так, будто хвост слона был метров пяти. Двоих ребят положили на стулья как доски, девочки спели песню, воображая себя Алсу. Голос под гипнозом не появился, зато детские ужимки всех позабавили. Все бесились, смеялись, а слушал лекцию только Стах.
И как обычно, после чего-то понравившегося, дети на переменках стали играть «в гипнотизера». Вот тут и выяснилось, что три девочки из их класса, как раз те, что пели на сцене, обладают повышенной внушаемостью. Стах вводил их в транс с каждым разом все быстрее, они выполняли его указания, обижались и плакали, но бегали за ним хвостом на всех переменах. Их так и прозвали «Астаховская тройка».
Стах приказывал «Спать!» и девочки тут же вырубались. Дальше он давал установку: «Сейчас я три раза щелкуну пальцами, и ты проснешься. Скажешь – Астахов негодяй, хулиган и красавчик! Как только скажешь красавчик – тут же заснешь.» После этого он щелкал пальцами и девочка просыпалась с криком «Астахов негодяй, хулиган и красавчик», после чего тут же засыпала, уронив голову. Через пару минут он опять щелкал пальцами и всё повторялось. Конец забаве, как обычно, положил звонок на урок.
Бывало, он вводил в транс сразу троих, и они отыгрывали жанровые сценки – посещение кафе, во время которого спокойно общались с посторонними, полагая что это посетители кафе. Иногда одна из девочек выполняя отсроченное задание, вытворяла что-нибудь на уроке, вставала и выходила, или начинала мыть классную доску, не обращая внимания на учителя.
Скандал разразился, когда ребята из класса предложили сыграть сценку, как будто девочки пришли на пляж. Дурным озабоченным подросткам, с гормональным сбоем, это показалось смешным, и он дал такое задание девочкам. Те разделись до белья прямо в классе, а подростки ржали, снимая на телефон, и хуже того, выкладывая в интернет. Замять скандал не удалось, и Стаха поставили на учет в детской комнате полиции. Тогда же они узнали, что, если его способности подтвердятся, ему грозит пожизненный учет в спецслужбах. Это испугало не самих друзей, а их родителей.
И следующий учебный год, с девятого класса, Потап уже учился в Англии. Стаха тоже отправили в Англию, причем их намеренно разлучили – Даниилу нашли другую школу. Но разве можно изолировать людей в век соцсетей и интернета? Три года они общались только по телефону, виделись редко, но дружить не перестали. Только научились скрывать свою дружбу, и свои небезобидные проделки – теперь они сводились к разводу девушек на секс.