— Но закон…
Анариссия пренебрежительно оборвала Нойта.
— Законы пишут для слабаков и трусов.
— Законы — это проверенная веками мудрость. И без последствий нарушение правил не обойдётся.
Анариссия ехидно оскалилась и пренебрежительно сказала:
— Шпион рассказывал, что повелитель чувствовал себя превосходно, а это означает, что все страшилки для мнительных дураков.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Отец использует возможность повысить свои магические способности, так почему бы и нам не последовать его примеру?
Глава 80
— Говоришь, у кровососов власть сменилась? — король задумчиво посмотрел в потолок, сдвинув на бок свою нелепую корону, зарылся пятернёй в волосы.
— Ну, почти… — с некоторым смущением согласилась я.
— А давай-ка пообедаем!
Король гномов многозначительно глянул на жён Номоса, отчего те торопливо покинули комнату. Ни возмущения, ни комментариев — сразу видно, кто здесь настоящий авторитет. Однако свита короля покидать место действия не торопилась, я даже понимала почему. Живут гномы обособленно, новостей почти не бывает, а тут такой случай подвернулся.
— Пока нам готовят обед, я бы хотел задать ещё несколько вопросов наедине, — гном посмотрел на меня с нескрываемым превосходством, зная, что отказать ему я не могу.
А я и не собиралась строить из себя загадочную и неприступную особу. Если смогу утолить информационную жажду царственного коротышки — хорошо, нет — так моей вины в этом не будет, я вампир особого разряда. Поэтому улыбнулась и ответила:
— Я не возражаю.
Задержавшиеся, было, свидетели переговоров тоже спешно, пусть и разочарованно, потопали к дверям.
Всё с той же улыбкой на губах я проводила взглядом шуструю компанию, после чего повернулась к королю, ожидая его вопросов.
— Итак… Ты — наполовину человек? — гном начал разговор с подтверждения уже известных ему фактов.
— Да, — кивнула я.
— И у тебя кровный договор с моим сыном?
— Да.
— А ещё ты жена правителя вампиров?
— Да.
Я отвечала односложно и однообразно, ожидая настоящих вопросов. Все предыдущие, по идее, и вообще задавать не стоило, но раз гном ради проформы хочет пройтись по всем пунктам, то мне не трудно ему покивать: подобный разговор не вызывает неудобств.
Но король смог меня удивить. Никаких новых вопросов не последовало, вместо этого гном, потирая руки, заявил:
— Получается, мы можем обсудить детали нового соглашения об отношениях с ночными!
Я слегка растерялась, но опровергать выводы короля не стала, впрочем, как и окончательно соглашаться, выбрав ответ, не содержащий определённости.
— Наверное, но об этом лучше говорить с Нойтенштеггером…
— Это понятно, я хотел всего лишь уточнить, не будешь ли ты возражать против такого? — льстиво заглядывая в глаза, с добренькой такой улыбочкой уточнил гном. Точно Дед Мороз.
Тряхнула головой, отгоняя сказочный образ. Хоть чудес в последнее время мне доводилось видеть много, но вся ситуация совсем не походила на сказку. Я ненадолго задумалась. Мне хватало ума догадаться, что с гномами нужно быть весьма аккуратной в своих высказываниях и поступках, эти хитрецы из всего стараются для себя выгоду извлечь. Сейчас дашь согласие, а потом тебе к нему ещё что-нибудь пристряпают. А мне и так неприятностей хватает. На ум пришла заезженная фраза из прошлой жизни: «Говорить буду только в присутствии своего адвоката!». Сейчас ситуация была самая подходящая для подобного заявления. Я и ответила:
— Все вопросы к моему мужу.
Тут в дверь почтительно поскреблись. Вернее, тем, кто стоял с другой стороны, могло так показаться. Для моего же слуха шварканье сапогами по каменной створке мало имело отношения к проявлению почтения. А вот горного правителя подобное не смутило. Он даже не поленился собственноручно открыть дверь, впуская в комнату гномих с подносами.
Суровые женщины деловито обставили трапезный стол и вслед за лёгким мановением руки своего господина вновь исчезли, оставив нас продолжать серьёзный разговор.
— Как же я проголодался! Только сейчас, увидев эти аппетитные яства, понимаю, что давно было пора накрывать на стол.
Мысленно я согласилась с правителем горных чертогов. Приготовленная для нас пища не только выглядела аппетитно, а и дразнила обоняние, вызывая обильное выделение слюны.
— Ну, угощайся, — благодушно разрешили мне. Поухаживать за дамой гном не догадался, а может, счёл, что какая-то человечка ему совсем не ровня, чтобы растачивать перед ней свою любезность. Но я не исключала и другого варианта: у гномов могли быть совсем иные понятия о воспитанности и уважительности. Поэтому спокойно придвинула для себя стул и, не дожидаясь второго приглашения, села, чинно сложив руки на коленях. Начинать трапезу раньше хозяина было точно неприлично.