— Хорошая шутка, но мне сейчас как-то не до пустой болтовни. Итак, ты со мной? — Анариссии надоел пустой разговор, всё её существо жаждало действий. Только рисковать напрасно она не собиралась, хоть и убеждала Нойта в обратном. Одно дело — полагаться на сведения, полученные от шпионов, совсем иное — результаты, увиденные собственными глазами. И роль подопытной мышки была отведена именно Нойту.
И всё это Нойтенштеггер прочёл в глазах вампирши. Губы его дёрнулись, сдерживая саркастическую ухмылку, но ответ получился далёким от ожидаемого Анариссией.
— Извини, я слишком долго жил в мире людей, поэтому возвращаться туда не имею желания. И уж тем более испытывать на себе запрещённые методы.
— Но ведь тогда у тебя не будет сил на то, чтобы бросить вызов повелителю, — попыталась надавить на Нойта вампирша.
— А я и не собираюсь этого делать. Один раз уже попробовал, мне хватило. Это ты вызвалась на разборки с отцом, я ничего не обещал.
И так с трудом сдерживаемое раздражение вырвалось бурным потоком. Лицо Анариссии побелело до неправдоподобия, кокетливые ноготки на пальцах превратились в загнутые когти зверя:
— Трус! — выкрикнула она, уже не пытаясь скрывать свою ненависть. — Ты всегда был трусом и останешься им навек!
— Пусть так, зато я буду живым трусом.
Отвечать на это вампирша не стала. Гнев её был столь силён, что она буквально проломилась через наложенную защиту, сметя её словно хлипкую паутину. И дверь вылетела вместе с колодой.
Нойт удивлённо захлопал глазами. Нет, его чары не были чем-то особенным, ведь ему не нужно было заботиться о сохранности информации, но всё же несколько задевала та лёгкость, с которой Анариссия справилась с контуром. А уж физическая сила разозлённой мейвинши была сродни силе мужчины, нежели способностям молодой девицы.
— Да, такую девушку потерял! — фыркнул Нойтенштеггер, магией помогая себе вернуть дверь на место.
Состоявшийся разговор дал много пищи для размышления, а ещё наполнил душу тревогой. Ведь если Варлисстир и в самом деле выпил человека, ну, а уж если представить и вовсе невообразимое, двух, тоспособа справиться с таким противником у него не осталось. И прежде на открытое столкновение Нойт не рассчитывал, а теперь ситуация становилась почти критической. Повышенный уровень магии может привести к непредсказуемым последствиям. Например, тщательно разыгранная комбинация с инкубом окажется под ударом, а отсюда новые риски для Лессандры.
Вспомнив о жене, Нойтенштеггер вздохнул. Ему очень хотелось снова переместиться к гномам, но позволить себе подобного он не мог: слишком опасно. Пустить всё на волю случая и надеяться, что судьба сама покарает отступника? Нойт дёрнул губой в недовольстве. Не привык он полагаться на удачу, да и на справедливость небес рассчитывать не приходилось: все предыдущие испытания были тому наглядной демонстрацией. Тогда что предпринять? Идти на поклон к совету лордов? Но ведь пока позиции Варлисстира сильны, и вряд ли к нему захотят прислушаться. Может получиться так, что его снова спеленают, а ещё и колечко Варлисстиру передадут. Против всего совета не выстоять. Дядюшка запросто может обвинить его в краже реликвии и убедить лордов в том, что снова изгой пошёл на преступление против традиций. Такого не прощают. Вот если немного выждать и посмотреть, как совет отнесётся к информации о нарушении древнего закона… Да, тогда, вероятно, можно будет перетянуть на свою сторону сомневающихся.
Вампир надолго задумался, а потом достал всё же эльфийский посох, спрятал его под полу плаща и переместился к пещерам. Ничего толкового сходу он придумать не смог, поэтому сейчас есть время утолить любопытство, очистить голову от многочисленных дум и тревог, а уж потом, когда улягутся эмоции, набросать новый план.
Момент для исследований был весьма удачным. Его надзор сейчас занят решением одной важной дилеммы: донести на Анариссию или отправиться вслед за своим подопечным. Нойт был уверен, что победит первое. Ведь защита, что была на его дверях, позволяла кое-что услышать, а информация была чересчур важной для обычного мейвина. И заработать на ней можно было неплохо. Нет, деньги в данном случае вряд ли бы заинтересовали лордов, а вот возможность встать на одну ступеньку, а то и две, выше в статусе при дворе детей ночи — награда исключительная. Уверенности прибавляло и то, что направление перемещения надзор отследил правильно, а потому кидаться в погоню поостережётся. Это Нойту, привыкшему быть изгоем, волей-неволей пришлось рисковать, чтобы научиться обходить трудности с дикими землями, а лордам вряд ли захочется испытывать удачу. Тем более оправдание для Повелителя у надзора весьма ценное.