— Ты роняешь мой престиж в глазах подданных, — упрекнул меня супруг, но в его глазах я не заметила неодобрения.
— Ладно, представим это так, будто бы первый советник пользуется твоим исключительным расположением, а потому в отношении его возможны послабления.
— Советник, надеюсь, вы не будете пользоваться моей добротой сверх положенного?
— Смею вас искренне уверить в этом, господин, — с поклоном произнёс старый вампир. Но мне снова показалось, что как-то неправдоподобно происходящее. Немного подумав, я пришла к выводу, что за мой счёт снова разыграли сценку. Вроде бы и лицо никто не потерял, и отношения не испортились. Вампиры, одним словом. Чего с них взять?
— Так мы идём или как?
— Идём.
Шиих предупредительно потянул на себя створку двери, но неожиданно она распахнулась и хлопнула старого вампира по лицу.
Советник возмущённо взъерошился, но его злость испарилась в считанные секунды. И было из-за чего. Из проёма двери на нас испуганно смотрели чёрные глаза двойника Нойта.
— И как это прикажете понимать?
— Фаррен? — неуверенно предположила я.
— Даже не сомневайся…
Мне хватило нескольких мгновений, чтобы оценить ситуацию, Нойту потребовалось ещё меньше, а потому он разглядывал инкуба с плотоядным интересом.
— Думаю, стоит хорошенько тряхнуть зарвавшегося инкуба, — сказал Нойт, не дождавшись никаких объяснений, и его фигуру накрыла тьма.
Стало так жутко, что я малодушно спряталась за Шииха. За мной скользнул и Фаррен, уже в своём истинном обличии. Манёвр заметили, но не оценили. Советник совсем не желал становиться целью гнева.
— Господин?
— Проклятый инкуб уже примеривается к моему трону, а я сам даже ещё не испробовал его.
— П-п-простите, повелитель, это не то, о чём вы подумали, — инкуб затрясся всем телом, понимая, что сейчас опасность для его жизни высока, как никогда прежде.
— Что ж, я с удовольствием послушаю, о чём думал ты, когда использовал мой облик, шастая по коридорам дворца.
Глава 92
— Говориш-шь, есть захотел? — выслушав сбивчивые объяснения инкуба, прошипел Нойт.
— Д-да…
— И как, наш-шёл съестное? — вампир бросил взгляд в открытую дверь кухонных помещений. Было видно, что ему хочется подкрепиться, но вот обстановка не очень.
— Д-да…
С пару минут посверкав глазами и полязгав зубами, Нойт успокоился. Инкуба он припугнул, а потому можно было перейти к насущным проблемам.
— Ладно, не трясись. Я готов тебя простить за нахальство, если ты обеспечишь нам хороший ужин.
— Где накрывать?
— Ишь, какой вёрткий приспособленец! — вампир ехидно оскалился.
— Думаю, в покоях Нойтенштеггера нам будет удобнее всего. И поужинаем без посторонних, и обсудим последние новости, — внесла своевременное предложение я.
— Господин? — Фаррен взглянул на Нойта, ожидая его согласия.
— Меня устраивает предложение супруги. А ты пошевеливайся. И облик смени, не хватало ещё, чтобы кто-нибудь встретил инкуба в столице.
— А какое обличье мне выбрать?
Нойт ненадолго задумался, а потом хмыкнул:
— Ладно уж, пользуйся моим. Уж оно вопросов лишних не должно вызвать у случайных встречных.
Фаррен заторопился на кухню, а Нойт развернул портал в свои комнаты.
— Полагаю, вам очень интересно узнать, что делает двуипостасный в наших владениях? — со смешком сказал Нойт, глядя на советника.
Я бы тоже начала разговор именно с этого. На Шииха смотреть было жалко, такое открытое недоумение и жажда информации читались на его прежде невыразительном лице.
— Если господин сочтёт моё любопытство уместным, я был вы весьма благодарен, — советник опустил глаза.
— У меня сегодня хорошее настроение, а потому я готов всех облагодетельствовать своим расположением, — Нойт небрежно махнул рукой, разрешая Шииху сесть в одно из кресел, а когда советник аккуратно пристроился на краешек сиденья, продолжил: — Инкуб заменял Лессандру в то время, пока она гостила у гномов.
Вопросов у Шииха не стало меньше, самый главный вырвался сразу же:
— Варлисстир не заподозрил подвоха?
— А вы, когда смотрели на двуипостасного, заметили странности?
Шиих прикрыл глаза, видимо, восстанавливая картинку и проверяя свои ощущения, а потом изумлённо крякнул:
— Н-нет…
— Вот и Варлисстир ничего не почувствовал, — самодовольно заявил Нойт, будто бы это его заслуга, а не действие моей крови.