— Какой же ты всё-таки глупый. Ума договориться с двуипостасным хватило, а вот догадаться о том, что для меня нет запретов, ты не смог.
Князь тьмы не стал тратить много времени на празднование своей первой победы, он направился прямиком туда, где находился источник запаха.
Если бы Варлисстир не был таким самоуверенным и нетерпеливым, то, возможно, и почувствовал бы подвох: чересчур просто всё оказалось. Но повелитель оценивал высоко свои собственные таланты, а ум племянника не ставил ни в грош.
— Неплохая нора для второсортной человечки, — оглядывая замок на холме, отметил Варлисстир. Он даже почувствовал, что владения инкуба, вступившего в сговор с племянником, имеют магическую защиту и довольно хорошую. Это было неприятным открытием, но разве могло стать реальной помехой для него? Нет, конечно. Просто придётся приложить немного больше усилий на то, чтобы попасть в замок.
Для начала Варлисстир решил подобраться поближе. Присмотреться, оценить ситуацию, выстроить план действий. Энергия внутри его требовала решительных действий, но вампир контролировал эмоции, не позволяя себе идти на поводу сиюминутных капризов. Он даже перемещаться не стал, экономя магию для более важных дел. Да и не факт, что получится перенестись. К тому же, имелась вероятность, что его ждут. Князь тьмы уже имел опыт в открытых столкновениях, и он ему не нравился. У людей — и то имелось оружие, способное их защитить, про двуипостасных даже говорить нечего. Эти проныры прыгают по всем мирам, потому и средства для обороны наверняка приготовлены для любых незваных гостей.
Варслисстир не ошибся в своих предположениях.
Дорога к замку стала настоящим испытанием для повелителя мейвинов. По открытому пространству он не мог передвигаться, дорога хорошо просматривалась из замка, а заросли, через которые он наметил свой путь, оказались слишком густыми и колючими. Нет, сначала вампир легко преодолел целую треть пути по кустарнику, а потом оказался перед неприступной стеной шипов.
Как же хотелось Варлисстеру жахнуть огнём по растительному непотребству, но нельзя же, могут заметить…
— Проклятый недоносок, я выпотрошу тебя своими руками! — прошипел Варлисстир, когда острый и длинный шип распорол его одежду, дойдя до тела и оставив на нём широкую кровавую борозду. Проклятья повелителя стали ещё громче, когда он понял, что рана не собирается затягиваться. Ну, конечно, это не просто кустики, это зачарованная изгородь. Полноценный урон она не нанесёт, но задержит противника и силы его значительно истощит. А ведь издалека выглядит так безобидно!
К замку повелитель подобрался заметно потрёпанный и донельзя разозлённый. Теперь он насылал проклятия не только на племянника, но и на всех двуипостасных. Тело зудело, гордость была уязвлена, контроль давался с большим трудом.
— Я вам устрою праздник, — пообещал повелитель, стаскивая с себя обрывки плаща и бросая окровавленные лохмотья на землю.
Ответа не последовало. Окна замка были погашены, лишь в одном тускло мерцала узенькая полоска света. Варлисстир усмехнулся. Не нужно гадать, где прячется его добыча. Но снова вампир сдержал свои желания и торопиться не стал. Раз подходы надёжно защищены, то не стоит полагаться на то, что сам замок встретит его открытыми настежь воротами.
А это означает, что стоит сначала аккуратненько перенестись за изгородь, посмотреть, что там, а уж оттуда выстраивать дальнейшие действия.
Вампир ожидал, что стены тоже зачарованы и придётся задействовать резерв, но ему неожиданно повезло. Он легко миновал каменную стену, оказавшись на парковой дорожке.
Повелитель потянул носом, надеясь вычленить запахи обитателей. Сделать это было не так просто. Ведь основой запаха, на который реагировал любой мейвин, являлась кровь. У двуипостасных же имелась энергетическая сущность. Различить ауры можно только при более тесном контакте. Вот и сейчас Варлисстир понял, что его старания не приносят должных результатов.
— А какая мне, собственно, разница, сколько обитателей в замке? Мне нужна только человечка, поэтому тратить силы на пиявок я не стану.
Варлисстир ни секунды не сомневался в том, что никто не осмелится выступить против него, защищая иномирянку. Двуипостасные не склонны к подвигам во имя героической смерти.