— Надо же, до чего дожила! Размышляю над тем, какого цвета стены, — я громко рассмеялась. В пустых коридорах голос звучал зловеще, отчего мне стало ещё смешнее. Интересно, это нормальная реакция на ситуацию, или у меня на самом деле крыша поехала?
— Можно и потише себя вести, ночь всё-таки, — пробурчали где-то сбоку, отчего я отчётливо вздрогнула.
— Кто здесь? — я замерла на месте, закутываясь в свою шаль, как в спасительные доспехи.
— Ну, я, и что? — малоинформативно ответили из темноты.
— А ты кто?
— А ты кто? — эхом отозвался из ночного мрака мой собеседник.
— Я — Олеся, вернее, Лессандра, — поправилась я, почему-то подумав, что имя, присвоенное мне вампиром, больше подходит к ситуации.
— А я Ном, вернее, Номос, — язвительно отозвался голос.
Он, что, меня дразнит? Весь мой страх моментально испарился.
— А ну, выходи! — потребовала я.
— А если не выйду, то что?
— Так и будешь сидеть в одиночестве до скончания веков, — не придумала ничего лучше я.
Видно, моя угроза возымела действие, или мой собеседник просто решил посмотреть, кто придумал такую нелепую страшилку.
— Ну?
На свет появилось удивительное существо: в половину моего роста, но широкое в плечах и с хорошим таким пивным животиком, стянутым широким ремнём, короткие ножки в потёртых сапогах, в узловатых руках большой кожаный мешок. Венчала всё это великолепие несуразная голова с большими растопыренными ушами, маленькие и постоянно бегающие глазки на круглом недовольном личике с длинным крючковатым носом и пухлыми губами. Всю эту красоту окаймляли огненно-рыжего цвета волосы и такая же борода.
— Ты кто? — удивлённо хлопая глазами, спросила я.
— Память девичья? Ты уже спрашивала.
— Имя я твоё помню, а вот кто ты — не знаю до сих пор.
— Человечка, — презрительно оттопырив нижнюю губу, заявило существо.
— А ты? — я не оставляла попыток выяснить, что это за чудо природы передо мной. Подозрения у меня, конечно, имелись, но хотелось услышать признания от собеседника.
— Дык уж явно не инкуб, — хрюкнул Ном, задвигая мешок себе за спину.
— Об этом я догадалась, иначе бы и не спрашивала.
На моё замечание ничего не ответили, впрочем, как и на заданный прежде вопрос. Вместо этого назвавшийся Номосом ещё раз внимательно меня оглядел, сощурившись, а потом уточнил, невежливо ткнув в мою сторону корявым пальцем:
— А ты новая жена вседержителя?
— Жена? Новая? — рассеянно отозвалась я.
Моё удивление порадовало Нома, и он соблаговолил даже объясниться:
— Ну, дык, время от времени здесь появляются люди, правда, надолго их не хватает, энергии несовместимы.
— Ты хочешь сказать, что инкубы выпивают своих жертв полностью? — я прижала ладони к щекам от таких подробностей.
— Ну, дык, но ведь это всё на добровольной основе.
Надо мной изощрённо издевались. Однако, вдаваться в подробности взаимоотношений двуипостасных и людей мне было некогда. Больше сейчас интересовал представитель другого племени.
— Если ты не человек, не мейвин и не инкуб, значит — гном? — я задержала дыхание, ожидая ответа. Если я правильно догадалась, то у меня появляется возможность познакомиться с магическим миром ближе. Но Ном не торопился радовать меня признанием.
— У, ты знаешь про клыкастых? Забавная, — на меня вновь посмотрели с прищуром.
Разговор по-прежнему был сумбурным.
— Так, у меня терпение заканчивается, ты мне скажешь, наконец, кто ты такой?
— Я — Хранитель, — ответил Ном с кривой усмешкой.
— Хранитель кого? — не поняла я. Нет, можно было, конечно, предположить, что земные разговоры про ангелов тоже имеют основу, но как-то уж непрезентабельно выглядел стоящий передо мной экземпляр.
— Не кого, а чего! — важно воздев указательный палец, ответил Ном.
— Хорошо, так хранитель чего?
— Дворца и его сокровищ.
Я ещё раз посмотрела на мешок за спиной собеседника, сопоставила имеющиеся в моей голове сказки и сделала окончательный вывод:
— Всё-таки гном.
— Да что ты заладила: гном, гном?! Да, гном, и что из того?