Карен Даркин и ее муж Рэй стояли на крыльце, напряженно глядя на Бена. Обоим было уже далеко за пятьдесят. Их честные обветренные лица говорили о годах тяжелой работы в своей нелегкой и непредсказуемой профессии. Рука Рэя была мозолистой, пожатие — крепким, но в глазах читалась нескрываемая печаль.
— Лонни мертв? — спросил он, еще не успев войти в дом.
Бен кивнул.
— Мне очень жаль, — с трудом произнес он.
Карен провела мужчин в светлую уютную кухню с ситцевыми занавесками и старым круглым столом из дуба, явно ручной работы. Бен задержался в дверях и почесал за ухом подошедшую хозяйскую собаку.
— Это наш Джошуа, — объяснила Карен.
— Хороший пес, — ответил Бен, оглядывая черно-белого питбуля.
— Да, хороший. Это у нас второй, ему четыре года. Первый, Вуди, дожил до шестнадцати. Им обоим дал клички Лонни. Очень славный и очень преданный пес. Если бы Джошуа был в тот день с Лонни...
Она замолчала и поднесла к глазам платок.
В буфете в углу кухни на полке стояло несколько фотографий мальчика и одна — молодого мужчины. На всех, без сомнения, был изображен Лонни.
—Он всегда был очень хорошим мальчиком, — начала Карен, поставив на стол чашки с кофе и тарелку с печеньем. — Врачи говорили, что в утробе пуповина обмоталась вокруг его шеи и в мозг поступало недостаточно кислорода. Из-за этого у него и в школе не слишком хорошо получалось... Но Лонни очень любил животных, а все, кто работает на ферме, любили его.
Бен вспомнил объяснения мадам Сони, почему она сделала два комплекта рисунков. На одном Лонни был в точности, как выглядел на фотографии. Изображал ли второй комплект человека, которым Лонни Даркин мог бы стать? Эта мысль не давала покоя Бену, пока он пересказывал подробности гибели Лонни. Но Бен решил не показывать родителям снимки тела сына и рисунки мадам Сони, если только они об этом не попросят.
— Вот номера телефонов полиции в Форт-Пирсе и доктора Войцека, медэксперта. Они скажут, нужно вам опознавать Лонни лично или достаточно будет прислать им какую-нибудь вещь с отпечатками его пальцев и стоматологическую карту. Полиция штата здесь, в Айдахо, поможет вам, и похоронная контора, которую вы выберете, тоже должна посодействовать доставить тело домой.
— Я тебе говорил, Карен, — произнес Рэй с каменным выражением лица. — Я тебе говорил, что он мертв.
— Я даже рада, что он не мучался, — ответила жена. — Мистер Каллахэн, мы бы хотели узнать все о том, как наш сын оказался во Флориде и кто мог с ним такое сделать.
— Мне кажется, я примерно знаю, зачем и даже как, но вот кто это сделал и почему жертвой оказался именно Лонни, хотите верьте, хотите нет, и ответить на эти вопросы могу только с вашей помощью.
В течение следующего часа Бен, изредка перебиваемый Рэем и Карен, рассказал им почти все о том, как он оказался втянутым в это дело, начиная с первой встречи с Элис Густафсон и заканчивая решением отправиться в Конду и лично сообщить родителям Лонни печальную новость.
— Так вот откуда у вас эти синяки под глазами, — догадался Рэй, явно впечатленный услышанным.
— Хорошо, что вы не спросили об этом раньше. Вы, может, и не поверите, но думаю, тому парню досталось не меньше.
—Вы нам так и не объяснили, почему эти люди выбрали Лонни, — сказала Карен.
—Я и сам не знаю. Одно скажу — не может быть, чтобы они приехали сюда бог знает откуда за Лонни, не зная результатов типирования его тканей.
—Но откуда они могли их узнать?
—Единственным способом — по анализу крови.
—Но ему никогда не делали такого анализа!
—А вообще у него когда-нибудь брали кровь?
Рэй и Карен обменялись вопросительными взглядами.
—Два года назад, — вспомнила Карен.
—Когда у него появились эти приступы головокружения, — добавил Рэй. — Анализ сделали по требованию доктора Кристиансен.
—Думаете, он расскажет мне об этом? — спросил Бен.
—Она, — поправила Карен. — Этот доктор — женщина. Думаю, что расскажет, если я съезжу с вами в Сода- Спрингс.
—Можно позвонить ей сегодня?
—Почему бы нет? Она очень милый человек.
—Даже я к ней обращался, — тихо сказал Рэй.
—Надеюсь, когда я с ней поговорю, она согласится встретиться с вами и без нас. Я, конечно, не против прокатиться в Сода-Спрингс, если надо, но после вашего... рассказа... у нас будет много дел.