— Хелена Шепард, командор обезврежен. — раздалось в динамике.
— Боб? — удивленно сказал Джон и стал вглядываться туда где недавно стоял Алэй.
Подбежав, они увидели бессознательного Алэя и гета, стоящего рядом с ним.
— На корабль его нести нельзя. Если он не придет в чувство, то все там разнесет и нас погубит. — высказался Шепард.
— Тогда вызываем медиков сюда. — сказала Хелена и стала связываться с Бродягой.
Пробуждение для Алэя выдалось тяжелым, мысли путались, в глазах двоилось, а над его кроватью навис кто-то в гермокостюме.
— Кто вы? — задал вопрос синтетический голос.
Алэй осмотрелся и увидел раздолбанное, обшарпанное помещение.
— Алэй. — ответил парень.
— Что последнее вы помните? — спросил владелец гермокостюма.
Тут до Алэя дошло в чем дело. Он в изоляторе, а это стандартные вопросы, для тех, кто подвергся заражению. Он стал перебирать воспоминания в голове, пытаясь зацепиться за самое позднее из них.
— Бой на планете Корлус. Я упал в яму с черной жижей.
— Вы можете дать нам мед данные с ваших нанитов? — попросил, как уже понял Алэй, РИП.
Алэй провел сканирование организма и передал данные на планшет репликатору.
— Вы в полном порядке Сэр. — сказал РИП.
— Что произошло? — спросил командор, встав с кушетки.
— Давайте я вам расскажу по дороге. — сказал РИП и жестом пригласил его пройтись.
Алэй сидел весь бледный, когда выслушивал рапорт о его задержании. Оставалось всего пять минут до того момента как прыгун, на котором он был влетит в ангар Бродяги. И он должен будет встретиться со своими людьми. По дороге в его голове всплывали воспоминания прошлого, которые завладели им в настоящем.
Выйдя из шаттла, его ждали Хелена, Джон и Сьюзи. Им предстоял нелегкий разговор.
Сидя за столом в столовой, Алэй медленно потягивал холодную воду. Рядом с ним сидела только Хелена, и держала его за руку, остальные, выслушав командора, разошлись. Как узнал Алэй, часть группы, которая его обезвреживала, оказалась в лазарете с травмами. Другая, отсыпалась после беспокойной миссии.
— Так, что ты видел? — наконец спросила Хелена.
— Прошлое. — одним словом ответил парень и поднял глаза на Хелену.
— Ты почти никогда не говоришь о своей прошлой жизни. Иногда упоминая пару фактов, но не более. — Шепард смотрела на Алэя, не отрываясь.
— Ты тоже. — ответил парень.
— Кто такие Янус и Морос? — спросила Хелена, не отпуская руку парня.
— Морос был главой совета Атлантиды, а Янус, моим другом. — после этих слов, он погрузился в себя.
— Пожалуйста, расскажи. — попросила женщина.
— Тогда я жил на Атлантиде, после плена у рейфов, я изменился, но старался тщательно скрывать это. Мои глаза тогда были нормальными и много внимания я не привлекал. Как-то поступил сигнал от одного нашего исследовательского комплекса, его атаковали рейфы. Совет не хотел посылать людей на помощь, потому что считал, что это ничего не изменит и только увеличит наши потери. Я воспротивился и в одиночку отправился на планету. Уничтожив всех атакующих, я стал зачищать комплекс, вот тогда я и раскрылся. Услышав крик, я ворвался в помещение, и увидел на едва живую, постаревшую девушку и ее перепуганную подругу. Разобравшись с противником, я высосал их командира, а затем вернул девушке все, что забрал рейф. Этой девушкой оказалась моя сестра.
Вернувшись на Атлантиду на меня стали смотреть уже не с опаской, а со страхом. Подруга моей сестры уже рассказала обо мне совету, но те не спешили предпринимать активных действий. Они сделали иначе. Пару недель спустя ко мне в лабораторию пришла сестра и выразила беспокойство по отношению ко мне и моему состоянию. Вот только я поздно понял, что это была ловушка. Она вколола мне сильнейший ретровирус, который по замыслу совета должен был вернуть мне человеческий вид. Вот только этого не произошло. Тогда в отсеке находились Морос, Янус, моя сестра и четверо «солдат».
Тогда я мало разбирался в генной инженерии, но смог стабилизировать свое состояние, после пленения рейфов, но ретровирус все испортил. Некоторые спящие гены во мне пробудились, и я стал изменяться. Первое что я почувствовал, это был сильный голод. Мне требовалось покормиться. И чтобы не навредить моим бывшим соратникам, я попытался убежать, но меня схватили и засунули в стазис камеру, чтобы я не превращался дальше. Вот только мое сознание при этом оставалось активным.
Спустя годы мне удалось сбежать. Это было тяжело, но мне удалось. Украв прыгун, я улетел с Атлантиды. Когда я прибыл на один из своих заброшенных аванпостов, то я был уже не человеком. Недалеко от аванпоста расположилась деревушка людей, а у меня был жуткий голод. Тогда… тогда я высосал больше двух десятков людей. Я стал жутким гибридом человека, рейфа и черт его знает чего. Благодаря Виктору, я смог привести себя в нормальное состояние, мы не смогли исправить только вертикальные зрачки, а способность сверкать глазами мне не мешала. На вид мне стало не больше двадцати лет.
Затем я стал вести партизанскую войну, только на этот раз в одиночку. Параллельно с истреблением рейфов, я следил и за советом Атлантиды, и свой сестрой. Она попала в переделку с полем растяжения времени, которая грозила проблемами целому сектору галактики. Когда я ее в очередной раз спас, она не сразу признала меня, ведь на вид я был почти как она, даже немного моложе.
Затем, когда совет понял, что рейфов уже не остановить, они собрали остатки своего народа и отправили их на землю. К тому моменту Атлантида была погружена в океан. Вот только когда ситуация стала критической, они решили обратиться ко мне. Мотивировав меня тем, что моя сестра на борту одного из кораблей, попавших в осаду. Я смог оттянуть на себя силы рейфов и Лантианцы смогли уйти. А я нет.
Алэй закончил историю и взглянул на Хелену. Весь рассказ, он смотрел в стол и не поднимал глаза на женщину, а сейчас он видел, что Шепард была очень близко к тому, чтобы разрыдаться.
— Я боялся именно этого. — тихо произнес Алэй.
— Чего? Что я разрыдаюсь? — спросила Хелена, пытаясь просушить глаза.
— Нет. Вот такого взгляда. Взгляда жалости.
— Алэй.
— Не надо. Просто не надо. Лучше расскажи мне, что ты смогла добыть на кораблях? — он перевел разговор на другую тему.
— Есть данные о том, где будут транспортные корабли Цербера. Мы предполагаем, что на них перевозят оборудование, но это не точно. — ответила Шепард.
— Все равно нужно проверить. Что там с Тали?
— Она еще не очнулась, но состояние в норме.
— Как там наш кроган?
— Ему выделили отдельную каюту и его зовут Грюнт.
— Грюнт? Его Джон так назвал?
— Нет, он сам.
— А что там с двумя церберовцами, что мы нашли на жнеце?
— Перевели их в карцер, а то совсем расслабились в палате.
— Нужно будет с ними поговорить.
Еще немного поговорив, Алэй и Хелена отправились в каюту. Немного полежав, они заснули.
Проснувшись в 07:02 по корабельному, Алэй отправился в зал для брифингов и стал изучать новые данные. Спустя два часа анализа, он приказал проложить новый курс и пошел в лазарет, навестить его постояльцев. Медицина Алтеран творила чудеса и почти все, кого вчера покалечил командор, были здоровы и проходили финальное обследование.
— Алэй. Как состояние? — спросил Джон, вставая с кушетки.
— Нормально, спасибо вам. — ответил парень.
— Так что же это все-таки было? — спросил Шепард.
— Командору в организм попал очень агрессивный вирус, который влияет на отделы головного мозга, отвечающие за долговременную память и зрительные образы. — сказала доктор.
— А я думал тебя ни чем не взять. — ухмыльнулся Джон.
— Ну, убить меня чертовски сложно, а вот по поводу остального… — Алэй просто развел руками.
— Это я заметил. Ну что, куда дальше летим? — поинтересовался Шепард.