– Мелани! – жалобно повторяла Феяна, не находя сил кричать. Ее закрывала толпа мужчин, и никто не видел метаний бывшей служанки.
На середину площади пролезла дочь старика, приютившего изгнанных девушек. Она крикнула под треск горящих веток:
– Стойте! Остановите это!
И люди остановились, пораженные увиденным. По площади пронеслась волна шепота. Мелани не надеялась на помощь со стороны спасенной женщины. Она гордо и спокойно стояла со связанными впереди руками.
– Да, в прошлом она была плохой королевой и погубила свой народ. Но прошло много времени, она могла измениться.
– Все это чушь! – выкрикнул первый, и остальные подхватили его негодование.
– Она спасла мне жизнь! Я бы умерла, если бы не ее помощь.
– Это доказывает, что она ведьма! – крикнул второй, но на этот раз его поддержало меньше людей.
Спасенной больше нечего было добавить. Она только что победила смерть благодаря Мелани, и все темные мысли, таившиеся в ее голове, исчезли. Можно простить даже виновного в бедах, если он искупает грехи спасением жизней.
– Дайте ей второй шанс, – сказала она тихо, но ее услышали все, и люди стали разбрасываться грязными словами, требуя, чтобы казнь продолжили.
Мелани не было прощения.
Двое мужчин увели спасенную женщину с площади.
Процесс возобновился. Зачинщик казни держал в руке дубинку и готовился ударить в старый барабан, ознаменовав, что бывшей королеве пора гореть на костре.
Мелани встала к пламени так близко, насколько это было возможно, и ждала, когда уверенность овладеет ее разумом, когда внезапно пробудившиеся страхи отдадут место покою, а ноги сами поведут ее к костру.
Молчание. Лишь плач Феяны изредка нарушал его где-то за спинами жителей деревни. Мужчина с барабаном поднял дубинку и сказал гулким голосом:
– Сегодня, братья и сестры мои, мы собрались на казни рыжей ведьмы, околдовавшей людей, обрекшей их на жестокую смерть. Посему и она должна быть обречена на смерть.
Вновь молчание. Мелани зажмурилась, слыша лишь биение своего сердца. Она знала, что «палач» готовится ударить по барабану, и мужчины с заостренными деревянными копьями начнут подгонять ее к костру.
Но вместо отдаляющегося гулкого удара послышался хруст. Затем вздохи испуганных людей. Мелани открыла глаза, украдкой взглянула на место, откуда должен был раздаться удар, предрекающий ее смерть, и увидела продырявленный барабан.
– Считается ли это? – спрашивали мужчину с дубинкой.
Он почесал свое обросшее щетиной лицо, сея в сердцах людей сомнения, но ответил:
– Да.
Мелани почувствовала острие копья у спины. Затем еще одного, и еще.
– Шевелись! Прими смерть достойно, и, может, Господь пощадит твою душу! – говорили ей вслед.
По щеке скатилась слеза. То ли от жара, то ли от страха. Он победил ее хладнокровие.
Но вдруг небо разразилось свирепым раскатом молнии, словно кто-то расколол небеса топором, и земли Сноудонии в считаные секунды оросились дождевой водой. Костер стал терять свою ужасающую силу, дымя, шипя, умирая.
Снова прошла волна шепота, и Мелани услышала:
– Это делает она.
– Мне кажется, сама судьба не хочет ее смерти.
Никто не уходил, даже когда ливень начал застилать глаза. Но и Мелани не убегала. У нее было странное, приятное предчувствие.
– Что же делать? – снова спрашивали зачинщика казни.
– Это ее козни, – отвечал он.
– Тогда почему же, если она умеет овладевать разумом, мы все еще живы, а она – на смертном одре?
– Это чушь! – стоял на своем зачинщик казни. – У нее есть какой-то план.
Он бросил на землю барабан и приказал схватить Мелани. Взяв копья в одну руки, двое мужчин окружили пятую сестру. Мелани послушано покорилась.
«Я уже достаточно натворила, веря в то, чего нет, рассчитывая на тех, на кого рассчитывать нельзя. Любя тех, кто не любил меня».
Третий мужчина встал напротив Мелани. Он выставил перед собой копье тупым острием вперед. От мучительной смерти Мелани разделяло всего двадцать сантиметров и одно резкое движение.
Никто не знал, какая смерть мучительней для «ведьмы», и знать не желал.
Зачинщик казни отдал приказ, махнув рукой. Мелани в последний раз взглянула через дождевую темную пелену в его хмурое лицо. Жители деревни пятились назад, закрывая глаза своим детям.
Мелани зажмурила глаза и услышала всплеск грязи от шага своего убийцы.
Но раздирающей боли не последовало. Хватка ослабла, завучали вздохи напуганных людей, и снова послышались шаги.