— Если ты будешь задавать этот вопрос каждому проезжему, то скоро охрипнешь, — спокойно отвечал Магнус, потихоньку вынимая шпагу из ножен.
— Отвечайте! — грубо настаивал человек.
— Тебя следовало бы научить, мой милый, как надо обращаться вежливо. Вижу, что тебе даны соответствующие указания. Что касается моего имени, то оно ни для кого не секрет. Я Магнус Штейн, городской секретарь, и прошу пропустить меня без дальнейших расспросов.
Но человек продолжал крепко держать лошадь.
— Мастер Швейнинген, — громко крикнул Магнус начальнику караула, который стоял у лестницы, ведущей в кордегардию, — велите вашим людям отойти от меня. Ведь вы меня знаете.
— А, господин секретарь, — отвечал тот, сделав вид, что узнал его только теперь. — Сегодня утром из совета получены особые распоряжения насчёт пропуска. Может быть, вы будете любезны сойти с лошади и растолковать их мне: я ничего в них не понимаю.
Это была довольно невинная хитрость, хотя Швейнингену она казалась целой стратегемой. Магнуса не легко было провести таким путём. Он уже заметил, что в воротах мелькают кое-где шлемы, хотя Швейнинген и воображал, что он превосходно укрыл своих людей. Магнус быстро оценил положение дел.
— Мне некогда, мастер Швейнинген. На обратном пути. Пусти лошадь.
Но человек, схвативший её за узду, не трогался с места.
— Прочь! — закричал секретарь.
Он быстро взмахнул шпагой и ударил её человека плашмя по голове. Тот без чувств упал на землю.
Стегнув по крупу лошадь сестры и пришпорив свою, он полетел вперёд.
В одно мгновение его окружили человек десять, которые словно из земли выросли. Поднявшийся шум испугал лошадей, которые шли впереди, и они загородили дорогу. Мастер Швейнинген, считая себя в полной безопасности, теперь начал спускаться с своего обсервационного пункта.
Но он не знал, с кем ему приходится иметь дело. Не желая проливать кровь людей, которые только исполняли свои обязанности, Магнус, насколько было возможно, щадил их. Но когда они сорвали и разорвали в клочья его плащ, дело приняло серьёзный оборот. Так же поступили и оба его охранника. А когда люди бывшего отряда Бернарда сражались за свою жизнь, не было солдат, которые могли бы им противиться. В одну минуту четверо из нападавших уже лежали на земле, и они быстро пробили бы себе путь.
Вдруг мастеру Швейнингену пришла в голову мысль, которая сделала бы честь и не ему.
— Хватайте девушку! — закричал он своим людям, которые уже готовы были отступить.
Это была самая остроумная идея, которая за последнее время приходила ему в голову. Люди его быстро бросились исполнять данное приказание. Многие из них, поспешившие отодвинуться подальше и только воинственно потрясавшие оружием, теперь ринулись на Эльзу. Магнус кричал, чтобы она скорее ехала вперёд и проезжала бы ворота, не дожидаясь его, но, к несчастью, её лошадь заартачилась, и она не могла справиться с ней.
Люди Швейнингена схватили её под уздцы и старались схватить Эльзу.
А в это время мастер Швейнинген, считавший за лучшее, как и подобало начальнику караула, не вмешиваться в драку, стал трубить в большой рог, давая знать, что ему нужно подкрепление.
Звучно раздался рог в утренней тишине. Через несколько минут начальник караула будет иметь возможность подавить силою всякое сопротивление. Магнус и его люди отлично понимали, что значит этот сигнал. Они сделали отчаянное усилие освободить Эльзу, рубя направо и налево и не давая никому пощады. В несколько минут образовалась настоящая свалка из лошадей, ругающихся людей, поблескивавших мечей и пик, на остриях которых, в тени ворот, как будто бегали синие огоньки. Всё это было похоже на какую-то битву демонов в преддверии ада, которая становилась ещё ужаснее и страшнее благодаря золотистым лучам, которые спокойно и с торжеством освещали верхушки крыш и башен.
Тени особенно столпились в самой глубине ворот. Девушка с белым лицом отчаянно отбивалась от нескольких нападавших, которые в этом месте, благо здесь не было никакой опасности, действовали особенно смело.
Вдруг все смешались в одну кучу. В тёмных воротах внезапно появилось блестящее видение. Неслыханной красоты дама на белом коне прокладывала себе путь в самую середину свалки. Она великолепно владела лошадью: одним большим прыжком её конь перелетел через груды убитых и валявшихся на земле людей. За нею с тяжёлым грохотом нёсся её эскорт. Белая лошадь встала почти рядом с Эльзой, искры, как молнии, летели у неё из-под копыт. Быстро осадив коня, всадница почти посадила его на задние ноги.
Нападавшие в страхе разбежались, глядя на её грозно сверкавшие из-под маски глаза. Только один из них продолжал держать за поводья лошадь Эльзы, да и то потому, что он был оглушён ударом и плохо соображал, что делает.