Вот и следующий поворот. Если он правильно понял, теперь нужно поехать направо. Метров через восемьсот покажется дом Хословски. Дорога была в плохом состоянии, неровная. Валландер промучился метров сто и дал задний ход. Как бы не застрять. Оставив машину, он пошел пешком. Вдоль дороги густо росли деревья, ветер шелестел в их кронах. Валландер шел быстро, стараясь согреться.
Дом выходил прямо на дорогу. Это была старая крестьянская изба. Двор ее загромождали остовы машин. На пне сидел одинокий петух и разглядывал Валландера. В окне горел свет. Валландер понял, что лампа была керосиновой. Он заколебался, не отложить ли посещение до следующего дня. Но путь сюда был неблизким. В интересах расследования нужно экономить время. Валландер приблизился к дверям. Петух все так же неподвижно сидел на пне. Валландер постучал. Послышалось шарканье. Дверь отворилась. Валландер с удивлением увидел перед собой еще молодого мужчину: ему явно не было и сорока. Валландер представился.
— Якоб Хословски, — ответил хозяин дома с легким, едва заметным акцентом. Он явно давно не мылся. От него плохо пахло. Длинные волосы и борода свалялись и имели весьма неряшливый вид. Валландер старался дышать через рот.
— Можно мне на несколько минут вас побеспокоить? — спросил он. — Я полицейский, приехал из Истада.
Хословски улыбнулся и сделал шаг назад.
— Входите. Я всегда впускаю тех, кто стучит в мою дверь.
Валландер вошел в темные сени и чуть не упал, споткнувшись о кошку. Ему никогда прежде не приходилось видеть в одном месте столько кошек. Это напомнило ему Форум. Только здесь к тому же стояла нестерпимая вонь. Валландер шире открыл рот, чтобы хоть как-то дышать, и пошел следом за Хословски в бо́льшую из двух комнат. Мебели здесь почти не было. Только матрасы, подушки, горы книг и керосиновая лампа, одиноко стоящая на табурете. И кошки. Повсюду. Казалось, они изо всех углов таращатся на Валландера, готовые в любой момент наброситься. Валландер поежился.
— Теперь редко можно увидеть дом без электричества, — сказал он.
— Я живу вне времени, — просто ответил Хословски. — В следующей жизни я буду котом.
Валландер кивнул.
— Да, конечно, — сказал Валландер без особой уверенности. — Если не ошибаюсь, десять лет назад вы здесь тоже жили?
— Я живу здесь с тех пор, как покинул время.
Понимая бессмысленность своего следующего вопроса, Валландер все-таки задал его:
— А когда вы покинули время?
— Давным-давно.
Ничего не поделаешь, ответ был исчерпывающим. Валландер неловко опустился на одну из подушек, моля бога о том, чтобы она не оказалась пропитана кошачьей мочой.
— Десять лет назад на Стонгшё провалилась под лед и утонула женщина, — продолжал Валландер. — Я думаю, здесь не каждый день такое происходит, и вы, наверно, помните этот случай? Хотя и живете, как говорите, вне времени.
Валландер отметил, что, признав вневременное существование Хословски, — который был то ли безумен, то ли одержим религиозными идеями, — он расположил его к себе.
— По нашим данным, зимним воскресеньем десять лет назад, — сказал Валландер, — сюда пришел мужчина и попросил о помощи.
Хословски кивнул. Он помнил этот день.
— Человек пришел и стал барабанить в мою дверь. Хотел от меня позвонить.
— А у вас нет телефона?
— Кому мне звонить?
Валландер кивнул.
— Что случилось потом?
— Я показал ему, где живут мои ближайшие соседи. У них есть телефон.
— Вы пошли с ним?
— Я пошел к озеру посмотреть, не смогу ли я ее вытащить.
Валландер помолчал, потом вернулся к началу разговора.
— Значит, человек барабанил в дверь? Я полагаю, он был очень взволнован?
— Наверно.
— Что вы имеете в виду, говоря «наверно»?
— Насколько я помню, он держал себя в руках, что в такой ситуации, пожалуй, удивительно.
— Вы что-нибудь еще заметили?
— Я уже не помню. Эти события разворачивались в другом космическом измерении, которое с тех пор многократно изменялось.
— Давайте продолжим. Вы пошли к озеру. И что потом?
— Лед очень блестел. Я увидел полынью. Пошел туда. Но в воде ничего не увидел.
— Вы пошли туда? А вы не боялись, что лед проломится?
— Я знаю, где лед крепкий. Кроме того, при необходимости я могу становиться невесомым.