«Увлекательно. Какое отношение это имеет ко мне?» И к Шону ?
Лицо Глисон дрогнуло. Она уже подготовила эту небольшую речь и не собиралась позволять мне торопить её с шуткой.
«Я как раз к этому и подхожу. Как вы, вероятно, знаете, я бывший сотрудник Секретной службы».
Она сказала это, поправляя манжет рубашки, и в её голосе слышалась немалая гордость. «Мне было поручено охранять президента».
«Дай угадаю», — протянул я. «Билл Клинтон?»
Её губы сжались, но она упорно продолжала: «Поэтому у меня тоже есть друзья в… интересных местах. Включая Министерство внутренней безопасности».
Выражение моего лица выдало меня, я знаю. Она заметила мою реакцию и улыбнулась.
«Ты знаешь Эппса?» — спросил я. Вряд ли это был вопрос.
«Думаю, Конрада Эппса знают почти все», — сказала она, скривившись. «К сожалению».
О, да, ты прекрасно знаешь Эппса …
«Ходят слухи, что он последние пару месяцев безуспешно пытался выследить некоего беглеца. До сих пор, по крайней мере», — продолжила она. «Похоже, тот, кого они преследуют, только что появился на радаре в Омахе, штат Небраска, и всё тут».
Я ощутил жжение в груди, которое я распознал одновременно как облегчение и обиду. Значит, они снова его вернули – возможно. Но надолго ли? Если посмотреть на ситуацию трезво, как Эппс мог предъявить ему обвинение, не признавая собственных ошибок? А если бы его ребята снова подкрались и схватили его, быстро и тихо, кто сказал, что его вообще когда-нибудь призовут к ответу?
Я вздохнул. «Послушай, Глисон, всё это очень интересно, — сказал я. — И я ценю, что мистер Айзенберг считает нужным держать меня в курсе, но я не вижу…»
«У меня есть информация из очень надежного источника — на самом деле, из самого надежного, — что никто не станет проверять эту версию до понедельника», — вмешалась она.
«Мы подтвердили, что один из людей Эппса вылетел из Ла-Гуардии рано утром в понедельник».
Сегодня была пятница. Целые выходные были поводом напугать парня. Чтобы он исчез, сбежал, ускользнул. Опять…
'Так?'
Глисон осмотрел её ногти. «Мистер Айзенберг считает, что вы хотели бы лично получить удовлетворение от того, что сами привели этого беглеца».
«Или… предприняв любые альтернативные действия, которые вы сочтете целесообразными».
«Почему?» — казалось, мне пришлось говорить односложно, но это было все, на что я был способен.
Глисон нашла шероховатость на ногте большого пальца и, нахмурившись, сказала небрежно: «Потому что вы поймали человека, который убил своего сына».
«Это была своего рода командная работа».
Она пожала плечами. «Он всё ещё почему-то считает, что он тебе должен», — сказала она.
«Послушайтесь совета: если миллиардер считает, что он вам должен, не спорьте. Думаю, миссис Уиллнер тоже могла бы замолвить за вас словечко».
Она полезла в карман переднего сиденья, вытащила оттуда простой пакет из плотной бумаги и протянула его мне. Он отвесил мне тяжёлый вес.
«Там все разведывательные отчеты. На вашем месте я бы сжег их все, когда вы закончите», — заговорщически сказал Глисон. «Личные данные мистера Айзенберга
Вас ждёт самолёт. У пилота забронировано место на взлёт примерно через час, а план полёта на Западное побережье уже подан. — Она сделала паузу, её тон теперь был вежливым и разговорным. — По совпадению, вы пролетите прямо над Небраской. Уверена, никто не будет возражать против незапланированной посадки.
Я молчал, глядя на нераспечатанный пакет в своей руке. Настоящий ящик Пандоры. Что же вырвется наружу, если я его открою?
Казалось, я долго сидела там и думала о поступках и последствиях, о шрамах и горе, о справедливости и смерти.
Глисон смотрела в окно машины, отвернув голову, словно давая мне возможность побыть наедине. Её тело было расслаблено, что противоречило важности этого решения. Водитель с толстой шеей продолжал бесцельно кружить по оживлённым улицам. Дождь продолжал идти.
Наконец я взглянул. Глисон, должно быть, уловил движение, отражённое в стекле, потому что она повернулась ко мне с вежливым вопросом на лице.
«Я всегда хотел прокатиться на новом Lear 85», — серьезно сказал я.
Только тогда она позволила себе улыбнуться, словно выиграла какое-то маленькое внутреннее пари, но не совершила ошибки, позволив удовлетворению проскользнуть в голос. «Конечно», — сказала она. «Это очень хороший самолёт».
OceanofPDF.com
ГЛАВА ШЕСТИДЕСЯТАЯ
В Омахе было обманчиво тепло. Я сидел под навесом возле небольшого магазина деликатесов в историческом районе Олд-Маркет, пил эспрессо и наблюдал, как ленивый день клонится к вечеру среди старых кирпичных складских зданий и шикарных бутиков.