Глава 59
Леша
Останавливаюсь в дверях, пару секуд наблюдая за тем, как сосредоточенно Алина клеит стикеры в каком-то приказе. Видимо, в тех местах, где ректору нужно поставить подпись.
— Привет, — говорю, и она вздрагивает.
— Блин, Леша! — прикладывает руку к груди, где строгая блузка застегнута на все пуговицы. — Напугал!
— В следующий раз начну кричать о своем появлении еще из коридора.
— Лучше начинай с первого этажа, — она улыбается.
Перебирает папки на своем столе, выбирает нужную и машет ей в воздухе с триумфальным видом.
Я уточняю:
— Моя?
— Да! Приказ подписан, поздравляю, ты теперь официально третьекурсник.
Сунув руки в карманы джинсов, смотрю, как Алина достает кипу бумаг и демонстрирует мне размашистую подпись в конце. В этот момент радуется, кажется, даже больше меня самого. То ли сказывается усталость, то ли немного изменившиеся приоритеты. Быть живым и здоровым мне сейчас кажется важнее, чем быть студентом университета. Хотя я определенно горд за самого себя.
— Спасибо большое за помощь, — произношу искренне, пока достаю из кармана две плитки шоколада.
Секретарь отзывается, как всегда, смущенно:
— Да ладно тебе, не стоило.
— Ага, рассказывай, — хмыкаю.
Алина смотрит на меня вопросительно, а я указываю на урну рядом со столом, там упаковка от шоколада с орехами и несколько фантиков от конфет.
Рассмеявшись, она ногой двигает мусорное ведро в сторону.
— Ладно, поймана с поличным. Обожаю сладкое, и когда-нибудь жизнь меня за это накажет.
— За это не наказывают. — Киваю в сторону кабинета ректора: — Ее величество у себя?
— Да, подожди секунду.
Алина поднимается, поправляет на себе блузку и, постучав, заходит. Судя по глухим голосам, они переговариваются о чем-то недолго, и она тут же выходит ко мне, сообщая степенно:
— Можешь заходить.
Я закатываю глаза и картинно изображаю неземное счастье от того, что мне дали аудиенцию. Алина сжимает губы и старается не рассмеяться, пока я огибаю ее и переступаю порог святая святых этого университета.
Ректор сидит в кожаном офисном кресле и смотрит на меня с иронией во взгляде. Это худощавая женщина с короткой стрижкой и вечной печатью высокомерия на лице. Не всякое наше взаимодействие за эти годы было приятным, меня раздражал бесконечный сарказм и надменность, однако я знал, что за то, какая она в работе, все ее уважают.
— Погодин, — говорит с едва заметной насмешкой, — рада вас видеть. Заходите, присаживайтесь.
— Екатерина Алексеевна, — отзываюсь, — а я-то как рад вас видеть!
Она откидывается на спинку кресла, убирает волосы за уши.
— Поздравляю с зачислением.
— Благодарю.
— Люблю благодарных студентов.
Я ухмыляюсь, располагаясь на стуле для посетителей. На контрасте с ее царским троном он выглядит маленьким, неудобным и даже слегка унизительным. Почему-то я думаю, что именно этого ректор и хотела.
А еще я думаю, что если бы мы были в порнухе, намек во фразе о благодарности имел бы другой оттенок, но, к сожалению или к счастью, я точно знаю, чего Екатерина Алексеевна от меня хочет, и это, конечно, не секс. Если, конечно, не учитывать тот момент, что на первых соревнованиях после такого перерыва меня точно отымеют.
— Всегда к вашим услугам, — развожу руками, этим жестом заранее признавая то, что не смогу отказаться.
— Мне нужно, чтобы вы плыли за университет. Отстояли нашу честь. Могу на вас рассчитывать, Алексей?
— Скорее всего, честь нашего университета будет… замарана, — отзываюсь иронично. — Я не в форме.
— Меня это не особо волнует.
— Понял. Когда?
— После праздников. Алина вам все расскажет. Мне нужен результат, за который не будет стыдно.
— Я не буду первым.
— Меня устроит и третье место.
Какое-то время мы молчим, глядя друг на друга. Быть в тройке? Она точно с ума сошла. Не женщина, а цербер.
Я уточняю:
— А если не смогу?
— Не усложняйте себе жизнь.
— Я давно не тренировался, — повторяю упрямо.
— Поверила бы вам, если бы от вас так не несло хлоркой.
Мне хочется съязвить, что вообще-то я работаю в детском акваклубе и купаюсь не только в хлорке, но и младенческих какашках, но… вообще-то я приехал сюда с тренировки. Все еще прячусь в маленьком басике, где работает мой старый приятель, но с каждым разом нагрузки даются мне все легче.