— Я не плакала!
— Ладно-ладно, — тормозит меня Василий примирительным тоном. — Спасибо. Как, кстати, тебя зовут?
— Они еще и не знакомы, — бормочет себе под нос Погодин.
Бросив на него осуждающий взгляд, отвечаю:
— Ника.
— Богиня победы. Ни дать, ни взять. А за себя поди сражаться не умеешь.
— Чего это? — переспрашиваю. — Умею.
— Это за других. А себя не жалеешь. Сигареты купишь?
От резкой смены темы я вдруг начинаю смеяться. Качаю головой и говорю:
— Не, придется поискать другого курьера. Ну, мы пойдем. До свидания.
Закидываю на плечо рюкзак, иду в сторону двора и слышу, как мне в спину летит:
— Принципиальная! Ты улыбки посчитала?
Мне снова становится смешно, и я улыбаюсь во весь рот. Накрывает теплым непривычным ощущением, что я только что пообщалась с несносным родственником, которого я люблю несмотря на то, что он меня донимает. Было бы здорово иметь большую семью, где все друг о друге заботится, но в конечном счете глупо переживать о том, чего не случилось. Впрочем, иногда не стоит переживать и о том, что уже произошло.
— Ник, — Леша берет меня за локоть, и я выныриваю из омута собственных мыслей.
— А?
— Кто это?
— Дедушка Вася.
— Он видел, как ты плачешь? Не очень понял.
— Нет, — с улыбкой качаю головой, — ему показалось. Просто забавный персонаж. Я купила ему сигареты, и мне стало стыдно. Решила загладить.
Тренер тянет меня в сторону и говорит:
— Ты ведь на учебу? Я отвезу.
— Погодин, — возмущаюсь наигранно, — ты можешь хотя бы спрашивать? Предложи, не ставь меня перед фактом.
Леша, кажется, чуть расслабившись, издает смешок и сообщает:
— Не в моем характере.
— Ну-у-у… — бормочу, — тогда придется поменяться.
— Ради тебя?
— А ты бы не смог?
Задав вопрос, внимательно слежу за его лицом, которое, как и всегда, остается бесстрастным. Он так редко демонстрирует искренние эмоции, что меня неосознанно тянет к тому, чтобы достать из него какие-то яркие реакции.
Погодин вынимает из кармана брелок, нажимает на кнопку, и его машина приветливо мигает фарами.
На каком-то чистом автоматизме я подхожу к переднему пассажирскому и успеваю сесть прежде, чем понимаю, что именно сделала.
— Вот видишь, — самодовольно замечает Леша, усаживаясь за руль. — Работает же. Зачем меняться?
Офигев от наглости, я тяну на себя ручку двери, но за долю секунды до этого срабатывает блокировка.
Погодин улыбается широко, и на этот раз мне уже не кажется, что это его простит. Скорее, делает чуть моложе. И добавляет какое-то бесхитростное выражение.
Он говорит:
— Не бойся, пожалуйста. Когда ставлю тебя перед фактом, ты возмущаешься. А если прдлагаю, отказываешься. Ну и какие у меня варианты? Могу выпустить, но я бы хотел тебя подвезти. Тебе удобно, а мне приятно, согласна?
— Прям приятно? — уточняю иронично.
— О, поверь мне! — восклицает, дернув бровью. — Безу-у-умно приятно.
В замкнутом пространстве наше притяжение снова становится очевидным и неудобным. Мне восемнадцать, у меня мало опыта в отношениях, я дока только в том, чтобы скрывать свои реальные эмоции.
Снова слышу характерный щелчок, но не двигаюсь с места.
Леша произносит тихо:
— Я не держу. Но все еще надеюсь на свидание.
Замерев на пару секунд, я все же принимаю решение. Хватаюсь за ремень и пристегиваюсь.
Говорю:
— Подвези, а там посмотрим.
— Нравится проверять на прочность? — усмехается. — Вопросов нет.
Мягко трогается с места и едет в сторону универа. Я же стараюсь тихо и незаметно выдохнуть. Мы же друг другу нравимся, разве не логично сходить с ним куда-нибудь? Это ни к чему не обязывает. Просто не буду рассказывать ему о своей семье, вот и все.
Погодин включает музыку, которая идет фоном, пока я пытаюсь причесать собственные мысли. А потом замечаю, как он прибавляет громкость на максимум. В колонках долбит: «бэй, я не могу спать, до потери пульса не дают покоя чувства, но я не хочу stop».
*VAZTA — не дают покоя
Поворачиваюсь к нему и засекаю хитрую ухмылку. Просто невыносимый засранец…
— Нравится? — уточняет ровным тоном.
— Что?
— Трек.
— Неплохо. А тебе?
— Да, хороший. Только короткий.
И, глядя в зеркало заднего вида, я пересекаюсь с Погодиным взглядом. Он подмигивает, и вот я снова не контролирую свою улыбку.
— Такой ты котяра, конечно… — произношу со смешком, когда мы останавливаемся на парковке.
— Но ты больше собачница?