— Почему? — бубню ей в пальцы, но выходит невнятно, и мы оба хмыкаем.
— Ты же знаешь, что хорошие люди иногда совершают плохие поступки? Жизнь очень многогранная, Леш. Я думаю, что сильные люди иногда тоже проявляют слабость. Это не страшно. Это не определяет человека.
Я киваю, и Ника, убрав ладонь, целует меня, крепко прижимаясь к губам. Почти отчаянно.
Отстранившись, уточняет:
— Ты же сейчас со мной? Не с ней?
— Ника, — смакую ее имя, ощущая, как губы растягиваются в улыбке. — Конечно, я с тобой. Мои дерьмовые отношения закончились два года назад. Все это время я был занят тем, чтобы выстроить себя заново. И… — начинаю, тут же осекаясь.
Добронравова ведет большими пальцами по моим щекам, уточняет с ласковой иронией:
— И еще беспорядочными связями?
— У тебя какое-то досье на меня есть?
— Немного домыслила. Тебе правда нужна сейчас девушка? Постоянная.
Повернув голову, я ловлю фалангу ее пальца, прикусывая ее зубами. Потом фокусируюсь на глазах Ники. У них потрясающий зеленый цвет, такой глубокий. Ее губы так близко, но я заставляю себя оставаться верным обещанию: быть джентльменом.
Говорю:
— Мне нужна ты.
Обхватив ее бедра, поднимаю нас двоих со стула. Пользуясь случаем, ощупываю Добронравову тщательно. И ягодицы. И талию под футболкой. И вереницу позвонков на спине. На этом моменте добираюсь до своей кровати и сваливаю Нику на нее. Разгибаюсь и сообщаю хрипо:
— Я хочу быть с тобой. Я сам не ожидал, но так случилось. И если тебя не напугало мое хреновое прошлое, то буду рад называть тебя своей девушкой.
Повисает пауза, за которую мое сердце успевает сначала замереть, а потом набрать катастрофически быстрый ритм.
И Ника говорит:
— Ладно.
— Ладно? — уточняю неверяще.
— Если это действительно прошлое, и если ты правда хочешь быть со мной… Не понимаю, что может нам помешать.
Опираясь на локти позади себя, она смотрит на меня из-под ресниц.
Пока я молчу, обрабатывая информацию, уточняет со смешком:
— Ты меня в кровать по привычке принес? У Алексея Погодина маршрут отработан?
Я накрываю глаза ладонью и смеюсь. Какой придурок, надо же! Это реально как-то на автомате произошло.
Говорю:
— У Алексея Погодина с тобой, Ника, навигатор вообще не работает. Слезай, я застелю тебе свежее белье.
Добронравова смотрит на меня с прищуром, какое-то время не двигаясь. Потом перекатывается на бок и следом усаживается на краю кровати. Ведет ладонями по одеялу, и оно шуршит от ее движений.
Спрашивает, как мне кажется, с сожалением:
— Перестелишь?
— Ну да. А что такое?
— Даже жалко. Здесь пахнет тобой.
Кожу начинает покалывать, потому что кровь снова нагревается, вскипает за пару секунд и идет пузырями.
Самая потрясающая девушка в мире сейчас находится в моей постели. А я собираюсь лечь на полу, хотя у меня даже матраса нет. Конченный джентльмен.
Делаю шаг назад и отвожу глаза. Наткнувшись взглядом на шкаф, торопливо подхожу и начинаю рыться на верхней полке. Бормочу:
— Сейчас дам тебе полотенце. Хочешь в душ? Черт… я сегодня точно сдохну.
Добронравова подходит и забирает у меня из рук полотенце.
Спрашивает:
— От чего?
— От кровоизлияния в пах, — бормочу, пряча ладони в задние карманы джинсов.
Она улыбается, глядя на меня снизу вверх. Несмотря на разницу в росте и даже на разницу в возрасте, сегодня Нике удается смотреть на меня с легкой ноткой снисходительности. Наверное, впервые так ярко чувствует свою власть надо мной.
Я влюблен и очарован, мы оба это знаем. А еще оба знаем, что я дико ее хочу. От этих непривычных внутренних противоречий я превращаюсь в школьника, который не знает, как вести себя с девушкой. Когда я еще не встрял, а просто нашару предложил Нике провести вместе ночь — было как-то проще. Но она меня отшила, и это обернулось таким крючком, который потянул за собой то, чего никто из нас не ожидал.
Касаюсь кончиками пальцев ее грудной клетки под высоким вырезом футболки. Мягко отталкиваю от себя и говорю:
— Иди. Я пока здесь все приготовлю.
— Могу брать все, что захочу? — уточняет Ника. — Шампунь, например?
— Конечно. Все для моей девочки! — восклицаю высокопарно, и она фыркает.
Когда уходит, я застилаю постель свежим бельем, а себе пытаюсь соорудить какое-то ложе на полу, кинув туда все одеяла, которые у меня только есть. А их, прямо скажем, не много, так что завтра будет болеть спина, но мероприятие определенно того стоит.
Я давно уже живу один, так что обычно сплю в трусах, но сегодня приходится достать серые трикотажные шорты. Честное слово, за весь этот вечер я должен заработать путевку в рай, не иначе.