— Ты удивительно легко впускаешь женщину в свою квартиру. Тут есть подвох?
Опустив руку, перехватываю ее тонкую лодыжку и тяну на себя.
Говорю:
— Конечно. У всего есть цена, Ника. — Пока она хватается за сидушку стула, чтобы не потерять равновесие, я продолжаю: — Оргазмы и завтраки. Устраивает?
— Погодин! — старается звучать возмущенно, но срывается на смешок. — Ужас! Никакой деликатности!
Продолжая держать ее за ногу, нацеливаю вилку на покрасневшие щечки, чтобы самодовольно докинуть:
— А что такое? Ночью ты была посмелее.
Округлив глаза, Ника вдруг лягает меня и наконец освобождается из моего захвата. Отодвигает стул и строго произносит:
— Будешь вести себя как идиот, из заявленного списка очень быстро пропадут оргазмы. Впрочем, как и завтраки.
Рассмеявшись, я поднимаюсь со стула, чтобы подойти и опуститься около Добронравовой на корточки.
Говорю искренне, глядя ей в глаза:
— Мне все очень нравится. Все, что происходит между нами. Даже если бы я спал на полу, все равно проснулся бы счастливым идиотом. — Обнимаю ее ноги и договариваю: — Но то, что произошло, очень важно для меня. Этот завтрак в том числе.
Ника молчит и смотрит на меня с пытливым прищуром. Потом кладет ладонь мне на щеку и с невыносимой нежностью ведет большим пальцем по коже.
Говорит:
— Для меня тоже все это важно. — Наклонившись, мягко целует в губы. — Просто не всегда понимаю, как себя вести.
Она отстраняется, но я наоборот подаюсь вперед, чтобы сорвать еще один поцелуй. Долгий, чувственный, очень откровенный. И в плане физиологии, и в отношении эмоций.
После заверяю максимально уверенно, хоть башка и плывет:
— Все хорошо, Ника. А будет еще лучше.
— Я придумала! — восклицает она.
— Звучит угрожающе.
Добронравова сообщает с видом победителя:
— Мы сходим в батутный центр! Но взамен я отведу тебя в бассейн.
Я молча поднимаюсь, возвращаюсь на свой стул и заталкиваю в рот остаток сырника. Теоретически, это неизбежно, мне все равно нужно будет плыть за универ: рано или поздно. Но вот так скоро?
— Что? — развеселившись, спрашивает Ника. — Не видишь выгоды для себя ни в одном из вариантов?
Я выдавливаю:
— Нет, почему же.
— Ну, — она машет вилкой в воздухе, будто раздумывая, — могу обменять на два оргазма.
— Твои или мои? — уточняю тут же, изогнув бровь.
Добронравова ухмыляется и с достоинством одергивает на себе мою футболку. Отпивает чай и произносит степенно:
— Твои. Но буду надеяться и на свои.
Не выдержав, я смеюсь. С этой девочкой мне безумно тепло и остро, я успел так полюбить это ощущение! Ни за что ее не отпущу.
Беру свой телефон и создаю заметку, где пишу «1:1», а потом открываю доступ к ней для Ники. Дождавшись ее звонкого смеха, когда она это увидит, я продолжаю завтрак и самодовольно улыбаюсь, бесконечно бросая взгляды на свою потрясающую девушку.
Все скелеты в шкафу продемонстрированы, а она все еще со мной. Кажется, джек-пот? Или… я чего-то не учел?
Глава 38
Ника
— Аккуратно! — выкрикиваю, не сдержавшись.
Леша смеется и, выставив ладонь, кричит в ответ:
— Порядок! Я контролирую.
Вздохнув, присаживаюсь на свое место, обратно в уголочек к стене. Погодин был прав, батутный центр — потрясающий, и мой брат от него в восторге. Вот только я вымоталась напрочь. Мы и просто скакали, и прыгали в бассейн с какими-то поролоновыми кубиками, и проходили полосу препятствий, и закидывали мяч с батута в баскетбольное кольцо. А теперь, когда я сдалась и признала себя слабачкой, Леха учит Никиту делать сальто.
У меня то и дело останавливается сердце от их акробатики, но эти двое от мероприятия просто в экстазе. Улыбаюсь, глядя на то, как мой парень, склонившись над Ником, снова объясняет ему технику. Не знаю, чем он дальше захочет заниматься по жизни, но у него отлично получается ладить с детьми, а страхует он брата так профессионально, как будто гимнастику преподает, а не плавание.
Что до самого Никиты, то он поначалу огрызался совершенно отвратительным образом. Мы поскандалили несколько раз дома, пару раз в машине у Погодина и один раз уже на входе в батутный центр.
А потом Леша просто забрал его с собой в мужскую раздевалку, и вышел оттуда уже совершенно другой ребенок. Не знаю, о чем они говорили, и не уверена, что вообще хотела бы это знать.
Самое главное, что теперь мой мелкий постоянно хохочет и смотрит на Погодина с таким восхищением, что я в очередной раз чувствую укол ревности.