— Ключевое слово «дать»?
Он усмехается и склоняет голову, пряча от меня улыбку. Уже через мгновение возвращает ко мне серьезный взгляд.
Говорит:
— Нет. Хотя ты знаешь мое отношение к сексу. Если скажешь, что готова, я уже через пять секунд буду у твоего подъезда, чтобы увезти к себе и…
Рассмеявшись, я ласково провожу рукой по его волосам.
Подсказываю:
— И затрахать до смерти?
— Я бы сказал «до полусмерти», — говорит так задумчиво, будто действительно размышляет над формулировкой. — Я все-таки не сторонник извращений.
— Ты идиот.
— Справедливое замечание. Так что? Мы все еще вместе?
— Да.
— Поедем ко мне?
Отрицательно качаю головой и мягко улыбаюсь. Конечно, мне бы хотелось. Правда безумно хотелось бы поехать в квартиру, где по-пацански просто, но стильно. Где ходит кот Фелпс, а я чувствую себя легкой и счастливой.
Говорю:
— Не сегодня. Никите утром в школу, а я потом весь день работаю.
— Понял. Я тоже работаю, но хочу встретить тебя после смены, хорошо?
— Хорошо.
— Никита не учится по субботам? Смогу украсть тебя?
Закусив губу, смотрю в его карие глаза. Уличный фонарь прямо над нами, но Лешино лицо в тени, и радужка кажется совсем темной. Такой же темной, как мои собственные тайны, которые я малодушно сейчас заталкиваю в самый дальний уголок своей головы. Туда, где им самое место.
— Возможно, — отвечаю легкомысленно. — Но такие сообщения…
— Их больше не будет.
Голос его звучит твердо, и я решаю ему довериться. В конце концов, что еще остается влюбленной девчонке?
— Ладно. Проводишь меня?
— Конечно. Не смогу уснуть без поцелуя в лифте.
— И потом на девятом?
— Разумеется. На девятом — мои любимые.
Я улыбаюсь и выхожу из машины. Скользнув взглядом по жигулям, отвожу глаза. Переставлю их как-нибудь потом. Хочу выторговать у жизни еще несколько беспечных часов. Или дней. Столько, сколько она сможет мне позволить взять.
Глава 40
— Ника, поставь для Имбирно-лимонного, — просит Ренат, протягивая мне резную табличку «резерв».
Перехватываю ее над барной стойкой и иду к столику около окна. Тут у многих постоянников есть прозвища, о которых они, разумеется, не знают, и я поначалу путалась в их обилии. Теперь сразу понимаю, что это Андрей, который всегда пьет имбирно-лимонный чай. Причем без шуток: действительно каждый раз, без исключений. Ставлю табличку и перекидываю с одного дивана на другой все подушки, потому что этот наш гость всегда сидит, обложившись ими со всех сторон. Потягивает чай, курит кальян и работает. Он один из самых щедрых и притом вежливых, поэтому запомнить его предпочтения было совсем не сложно.
Возвращаюсь ко входу, а Полина наоборот уже ведет каких-то новых клиентов к свободному месту, на ходу подмигивая мне. За последнюю неделю, как мне кажется, наши отношения вернулись в прежнее русло. Почти. Мы говорим обо всем вокруг: об учебе, работе, о ее отношениях. Но никогда — о Погодине. Я начала как-то раз, поймала крайне напряженный взгляд подруги и быстро осеклась. Может быть и правда еще не время.
Хотя теперь, конечно, я гораздо лучше понимаю, откуда это все взялось.
Дверь кальянной распахивается, и на пороге я вижу Наталью Стервовну собственной персоной. Мысленно выругавшись, растягиваю губы в вежливой улыбке. Она не предупреждала, что приедет!
Машинально поправляю на себе рубашку с фирменным принтом зебры и радуюсь тому, что сегодня принесла новую и выглаженную.
— Здравствуй, Вероника, — улыбается эта адская женщина.
Честное слово, ну просто оторопь от нее берет!
— Добрый вечер.
Остановившись рядом, демонстративно оглядывает меня с головы до пят. По своему обыкновению тянет:
— Красная помада была бы к месту.
Если бы Наталья Стервовна была нашим постоянным клиентом, я бы дала ей прозвище «Красная помада». Но моим видом, впрочем, она остается довольна.
Сообщает снисходительно:
— Не бойся, я ненадолго, за актами приехала.
— Всегда рада вас видеть, Наташа, — произношу, чуть склонив голову в легком подобии поклона.
Если она и видит, что я немного иронизирую, ее это не злит, скорее забавляет.
Колокольчик у двери тренькает, и в заведение заходит наш Имбирно-лимонный.
На мое счастье прямо с порога радостно восклицает:
— Вероника! Рад, что вы сегодня работаете!
— Прощу прощения, — бросаю Наташе и под ее одобрительным взглядом хватаю меню и заверяю: — Тоже рада вас видеть. Кальян скоро будет, чай готовится.