Издав тихий смешок, который идет глубоко изнутри, я послушно забираю ладонь из его шортов. Меня разбирает какое-то аномальное любопытство — хочется узнать, какой он там? Пока ласкала его через ткань белья, успела только понять, что горячий, рельефный и, кажется, далеко не маленький. По крайней мере точно больше, чем был у моего первого парня. Но это я отмечаю скорее фоново, потому что думать о других мне сейчас совсем не хочется. В голове только Леша.
Не в силах совладать с инстинктами, подаюсь бедрами ближе и трусь об него, как кошка.
Склоняясь надо мной, целует в губы очень нежно. На контрасте с тем, как исступленно ощущается наше обоюдное желание, эта ласка кажется еще более мягкой. И в некотором смысле интригующей.
Оторвавшись от меня, Леша в рекордные сроки избавляется от своей одежды, помогает мне снять футболку, и мы снова спаиваемся в одно целое. Теперь оба абсолютно голые, и наживую это охренеть как горячо.
Мне кажется, я сойду с ума. Прямо сейчас, от его следующего плавного движения, пока еще безобидного. Между нами все так мокро, смешиваются и пот, и то, что мой организм вырабатывает в избыточном количестве, чтобы Леша точно понял, что я его хочу.
— Черт… секунду, — бормочет он вдруг и тянется к тумбочке.
Я себя не узнаю. Пока он достает презерватив и вскрывает упаковку, я скольжу ладонями по его мышцам, нащупываю свои любимые косые. Смещая руки, глажу влажную спину. Как же я его люблю!
Погодин, достаточно ловко справившись с латексом, склоняется надо мной, целует откровенно, облизывая губы и язык.
Потом выпрямляется, сидя между моих разведенных бедер, и по его властному взгляду сверху вниз мне становится понятно, что смотреть ему нравится не меньше, чем трогать. Сквозь морок желания впервые просачивается нервозность. О чем он думает? Нравится ли ему то, что видит?
А потом Леша входит, и я мычу неразборчиво, сразу выкидывая все мысли из головы. Не только ненужные, а все. Остановившись, Погодин начинает путешествовать по моему телу руками. Ласкает сразу везде с невыносимой нежностью. А, скользнув ладонью на шею, давит большим пальцем мне на губы, заставляя их распахнуть. Собирает мою слюну и опускает руку между нашими телами.
Находит самую чувствительную точку и давит настойчиво, но бережно. Я срываюсь на громкий стон и выгибаюсь, стараясь сбежать от его рук, но Леша возвращает меня на место.
Толкается в меня с таким напором, что я всхлипываю. Боже, умру сейчас…
— Леша, — выдаю сквозь зубы.
Едва приподняв веки, смотрю за тем, как Погодин выпускает слюну изо рта и позволяет ей тягучей нитью опуститься туда, где мы соединяемся. Тут же накрывает это место пальцами, и я скулю.
Бормочу что-то неразборчивое и снова мычу от очередного толчка.
Леша скользит ладонью вверх по моему телу, кожа покрылась испариной, и я чувствую себя скорее подтаявшим куском масла, чем человеком.
Достигая шеи, он легко сжимает мое горло, и следует еще один толчок.
— Леша-а-а, — слетает с моих губ протяжное, и он ловит окончание своего имени ртом, когда снова наклоняется ко мне.
Целует глубоко, с таким напором, которого я вообще не помню. Позволяю все. Я принимаю Погодина всем своим женским существом и отзываюсь на каждое движение. Он сейчас главный, и я даже не пытаюсь спорить. Вся окутана мороком и мучительным ожиданием разрядки. Двигаюсь ему навстречу, но Леша тормозит, снова разгибаясь и сжимая пальцы на горле.
Шепчет:
— Придется подождать, Ника.
Сорвавшись на протяжный стон, прочесываю затылком простынь. Все постельное белье вокруг нас сбилось, воздух густой и горячий, в комнате пахнет нашим желанием.
Расслабившись, встречаю каждый новый толчок покорным поскуливанием, и балансирую где-то на грани сознания.
Звуки кажутся пошлыми и не имеющими ничего общего с нежной романтичной любовью, но от того гораздо более искренними. Разве не это заложено в нас природой?
Распахнув глаза, ловлю взгляд Погодина. Горячий и требовательный. А потом он снова касается меня в том месте, где наши тела соединяются, и я умираю.
Без шуток, вспышка удовольствия настолько яркая и сильная, что на пару секунд я теряю контроль над телом.
Бум.
Добро пожаловать в пространство для переродившихся душ.
Глава 43
Леша
— Ты переживаешь? — спрашивает Ника, когда мы паркуемся около бассейна.
— Только за то, что по оргазмам мы пока отработали только батутный центр.
Она шлепает меня по плечу шапкой, которую вертела в руках.
Укоряет тем не менее ласково: