И вот сегодня он почувствовал страх от одного взгляда этого безымянного практика. Это задело гордость Хуянь Цина! С самых малых лет до сегодняшнего дня не существовало человека, который бы посмел вести себя с ним настолько агрессивно. Действия Мэн Хао в глазах других людей были совершенно обычными, но для Хуянь Цина это было проявлением непомерного высокомерия!
Все эти годы он обладал статусом, возносящим его над другими. Никто не смел смотреть на него в подобной манере, ни тем более заставлять его руки дрожать. Для него это стало непростительным унижением.
— Убейте его! Убейте его немедля! — вскочив на ноги, взревел он с перекошенным от ярости лицом. — Никому не позволено так вести себя в моём присутствии. Можешь попрощаться с жизнью!
Господин У поморщился, но про себя он проклинал своего подопечного на чём свет стоит. Он давно уже понял, что Хуянь Цин обычно редко думал головой, вдобавок к его заносчивости и надменности. Но он и подумать не мог, что этот парень окажется настолько глуп.
Хуянь Цин на совершенно пустом месте потребовал его смерти. Незнакомец только что просто посмотрел на них и сказал всего одну фразу, в которой не содержалось чёткой угрозы. Учитывая его культивацию великой завершённости стадии Зарождения Души, такие туманные слова были в порядке вещей.
Господин У уже собирался возразить, как вдруг четверо людей в чёрном рядом с Хуянь Цином, что несли его паланкин, неожиданно полыхнули жаждой убийства. А потом они растворились в воздухе. Возникли они совсем рядом с Мэн Хао и взяли его в кольцо. В руке каждого из них поблёскивал летающий меч. Переполняемые жаждой убийства, люди в чёрных халатах бросились в атаку.
Мэн Хао негромко вздохнул. У него не было никакого желания сегодня проливать кровь. Словно дерево, он хотел мира и покоя, вот только ветер никогда не переставал дуть.
— Раз так, значит, вы уже никуда отсюда не уйдёте, — холодно сказал Мэн Хао.
Его глаза открылись, но смотрели они не на летающие мечи. От него к Небесам полыхнуло чудовищной жаждой убийства, настолько сильной, что даже Небеса заклубились, а мир вокруг потускнел. Словно некий древний зверь выбирался из пучины ада.
Жажда убийства была настолько плотной, что четыре практика в чёрных халатах невольно скривились. Они были свирепыми воинами, которые могли убить человека, и глазом не моргнув. За годы они убили немало людей. Обычно они были холодны как лёд, но при столкновении с такой неописуемой жаждой убийства они резко изменились в лице. По сравнению с Мэн Хао их жалкие крохи жажды убийства были сродни светлячкам, которые пытались тягаться... с полной луной! Вот только они понятия не имели, что это была всего лишь одна десятая часть жажды убийства Мэн Хао.
Бах!
Четыре летающих меча превратились в пепел. Четыре практика в чёрном задрожали и закашлялись кровью. У них в голове поднялся такой звон, словно кто-то ударил по ним тяжёлым молотом. Они начали пятиться назад, но не успели они пройти и тридцати метров, как у них лопнули головы. Их обезглавленные тела рухнули в Пурпурное море и начали медленно погружаться в его чёрную пучину.
Опустилась гробовая тишина. Хуянь Цин не мог поверить своим глазам. Семь практиков стадии Зарождения Души выглядели предельно серьёзно. Со свистом шестеро из них тут же окружили остолбеневшего Хуянь Цина. Господин У встал перед ними и мрачно взглянул на Мэн Хао.
— Собрат даос, — сказал господин У, сложив ладони, — мы из племени Поиска Небесной Мудрости, что состоит в союзе Небесных Чертог. Произошедшее было досадным недоразумением, пожалуйста, прими мои искренние извинения.
Мэн Хао невозмутимо на него посмотрел, а потом на людей позади. Упоминание союза Небесных Чертог из Чёрных Земель напомнило ему о клане Золотого Ворона. Он медленно кивнул головой.
— Раз это было простое недоразумение, я могу закрыть на это глаза. Пожалуйста, отправляйтесь туда, откуда пришли, да поскорее.