Произошедшее тут же переполошило всех зрителей. Сейчас каждого из них посетила примерно одна и та же мысль. Сколько... магических предметов надо было взорвать, чтобы вспышка накрыла целую треть всего этажа?
Фан Юй со смесью изумления и зависти подумала: "Всё благодаря его потрясающему отцу!"
Кэ Юньхай с самодовольной улыбкой парил в небе в позе лотоса, не обращая внимания на косые взгляды шести других парагонов.
"Ай да молодец, Цзюсы! Пробейся на самый верх. Доберись до девяностого этажа ради своего старика!" — подумал Кэ Юньхай, хотя ему очень хотелось во всё горло прокричать это вслух. Пока остальные бесились из-за жульничества, он, как отец, не мог не порадоваться за успехи сына.
На двадцатом этаже потрёпанный Мэн Хао мчался вперёд на огромной скорости. Его окружал огромный барьер, испускающий слепящее свечение. В данный момент за ним гналась целая стая чудовищно сильных небесных драконов. Но никто из них не мог добраться до него из-за гигантского барьера. К сожалению, его свечение стремительно тускнело. Мэн Хао держал в руке сумку, набитую демоническими камнями. Они были очень похожи на духовные камни, и именно их Мэн Хао использовал для поддержания работы магических сокровищ и используемых им талисманов. Пару мгновений назад одним своим неосторожным движением он чуть не попал под действие божественной способности. Спешно отступая, он вытащил целую пачку бумажных талисманов, а потом беззастенчиво приложил их к своему телу.
Бум!
Слабеющий барьер вновь ярко засиял. Сотни слоёв барьера наложились друг на друга, заблокировав все направленные в его сторону божественные способности.
Мэн Хао облегчённо вздохнул. Этот барьер был главной причиной, по которой он смог добраться до этого места. К тому же среди всех магических предметов и талисманов, переплавленных Кэ Юньхаем, больше всего было тех, которые создавали такой барьер. Он пожертвовал своей жизненной силой, чтобы переплавить эти барьеры. Они хранили в себе его ци, кровь и ауру. Словно ангел-хранитель, он защищал Мэн Хао с помощью своих магических техник.
Благодаря этому барьеру Мэн Хао смог преодолеть все предыдущие этажи, словно шёл по ровной мощёной дорожке. Как люди снаружи и сказали: это действительно было жульничеством. Причём не какой-то мелкий обман, а крупное шарлатанство.
С изумлением обнаружив уровень культивации своих врагов, Мэн Хао быстро вынул из другой сумки пачку талисманов и бросил их вперёд. В воздухе с грохотом появились тысячи гигантских рук, которые незамедлительно смели всё, что посмело встать у них на пути. Сияние магических предметов залило практически половину двадцатого этажа.
Когда с врагами было покончено, на этаже вспыхнул свет, перемещающий на двадцать первый этаж. При этом вокруг Мэн Хао вновь закружились магические символы трёх тысяч даосских заклинаний. В следующий миг в его сторону с блеском полетел алый символ. Как только он растворился у Мэн Хао во лбу, его голову заполнил мощный гул.
— Заклинание Рассвета! — пророкотал древний глубокий голос.
Этот голос прозвучал не только у Мэн Хао в голове, но и был слышен в каждом уголке секты Бессмертного Демона. Услышав название техники, ученики с алчным блеском в глазах посмотрели на сияющую точку на двадцатом этаже.
— Рассвета... заклинание Рассвета!
— Проклятье! Чёрт бы его побрал! На двадцатом этаже он получил заклинание Рассвета!
— Среди трёх тысяч даосских заклинаний оно занимает тридцать первое место! Говорят, что если полностью постичь его, то одним взмахом руки можно будет вызвать ночь, а другим взмахом руки можно вновь призвать день! Он действительно получил заклинание Рассвета. Я не могу в это поверить!
Ученики секты Бессмертного Демона возмущенно шумели. Больше всех произошедшее повлияло на практиков с Южных Небес. Хань Бэй, Ван Лихай и остальные практики с Восточных Земель, Северных Пустошей и Южного Предела от зависти кусали локти. Это стало последней каплей. Не в силах больше ждать, они превратились в лучи света и полетели к Пагоде Бессмертного Демона. Клан Цзи, Фан, включая Фан Юй, — все они полетели к гигантскому строению. Причём не они одни. Множество учеников секты Бессмертного Демона тоже не хотели больше быть лишь пассивными наблюдателями. Под впечатлением от награды Мэн Хао они тоже помчались вперёд.
Довольно скоро в Пагоду Бессмертного Демона вошло ещё сто тысяч человек. Тем временем Мэн Хао сидел на двадцатом этаже. По его телу пробежала дрожь, а глаза резко распахнулись. Заклинание Рассвета теперь находилось в его разуме. Это была впечатляющая даосская магия, но не совсем та, что была ему нужна. Подумав немного, он решил бросить попытки постичь её. Во вспышке света он полетел на двадцать первый этаж.