С лучезарной улыбкой Мэн Хао замахал, приветствуя собравшихся.
— Ха-ха! Гора с горой не сходятся, а человек с человеком всегда сойдутся! Вот так встреча, собратья даосы! Ну, рассказывайте, как успехи в третьем мире? Много удалось добыть?
У Цзи Сяосяо позади него дёрнулось веко, когда она поняла... что Мэн Хао собирается развести и этих людей.
— Мэн Хао от всего сердца желает вам, собратья даосы, успеха, — продолжил он, — я надеюсь, что вы действительно постараетесь в третьем мире. Ведь тогда и я не останусь в обиде, верно? Спасибо, собратья даосы. Вы действительно хорошие люди.
Похоже, Мэн Хао немного расчувствовался и даже смущался. С застенчивой улыбкой он посмотрел на мрачнеющую толпу практиков, а потом сложил ладони и поклонился.
Группа практиков из Южного Предела сразу насторожилась. Особенно Хань Бэй. Увидев эту улыбку Мэн Хао, по её телу пробежала дрожь, и она быстро склонила голову. Она отлично знала, что означает такая улыбка Мэн Хао. В Южном Пределе Мэн Хао обманул немало людей вот такой вот застенчивой улыбкой...
Хотя Ван Лихай лично никогда не видел эту грань характера Мэн Хао, но он был немало наслышан о его мошеннических схемах и аферах. Реакция Хань Бэй лишь подтвердила его предположение.
Ли Шици натянуто улыбнулась. Она посмотрела на Мэн Хао, но ничего не сказала.
Сун Цзя со смешанными чувствами наблюдала за Мэн Хао. Не имело значения, как улыбался Мэн Хао, все его улыбки были для неё одинаковыми.
Что до дитя дао клана Ли по имени Ли Тяньдао, он был единственным практиком из Южного Предела, который не заметил ничего странного в улыбке Мэн Хао. Он нахмурил брови, а в его глазах тотчас вспыхнула жажда убийства.
Члены клана Цзи, похоже, уже получили предупреждение от остальных, поэтому они держались совершенно спокойно, но их глаза светились настороженностью.
Мэн Хао немного расстроено окинул взглядом толпу. Он уже было думал, что план провалился, как вдруг его взгляд остановился на Ли Тяньдао из клана Ли. Выражение его лица тут же приободрило его.
— Собрат даос, — сказал он, — я что-то не узнаю тебя. Он быстро подошёл к Ли Тяньдао и улыбнулся ему своей самой ослепительной улыбкой. — Расскажи, что тебе удалось добыть в третьем мире? Давай-давай, открой свою сумку, чтобы братец мог забрать свою долю.
— Отвали! — холодно процедил Ли Тяньдао.
Всего секунду назад Мэн Хао был самой искренностью и скромностью. В следующее мгновение выражение лица Мэн Хао уже не сулило Ли Тяньдао ничего хорошего. Мэн Хао замахнулся ладонью, чтобы ударить Ли Тяньдао. Но тот лишь презрительно посмотрел на него.
Ли Тяньдао обладал выдающейся культивацией. Если смотреть на весь Южный Предел, то во всём его поколении, включая погибшего Ли Даои, его культивация действительно была необычайной. Он холодно хмыкнул и правой рукой схватил воздух. В этот момент в его руке возник клинок из белого света. Но прежде, чем он успел обрушить на противника мощь этого клинка, Мэн Хао с немыслимой скоростью влепил ему пощёчину.
От первого же удара у Ли Тяньдао загудела голова. В ярости он собирался броситься в атаку, но его постигла та же судьба, что и практика из Северных Пустошей. Мэн Хао схватил его за волосы и впечатал лицом в землю.
На несчастного обрушился град ударов и пинков, звуки от которых разносились по всей округе. Довольно быстро к ним прибавились ещё и отчаянные вопли Ли Тяньдао. Он пытался отбиться и поразить Мэн Хао клинком. Вот только Мэн Хао наотмашь ударил по его небесному клинку и разбил его вдребезги. Для многих практиков стало неожиданностью такая вспышка насилия.
— Ты действительно сейчас послал меня?! — вскричал Мэн Хао, ударив особенно больно на предпоследнем слове. — Я ведь искренне желал тебе удачи, и это твоя благодарность?! Где твои манеры?!
Чем свирепей становилось выражение лица Мэн Хао, тем страшнее становилось наблюдающим за избиением практикам.
Сперва Ли Тяньдао буквально кипел от злости, но она довольно быстро сменилась ужасом. А потом и отчаянием. Он захлёбывался кровавым кашлем, уже чувствуя на затылке холодное дыхание смерти.
Наконец Хань Бэй прочистила горло и дала подсказку Ли Тяньдао. Несмотря на чудовищную обиду, он прокричал, что готов заплатить больше.