— Здравствуйте, — в тон мисс Картер, ответила женщина и вновь вернула пристальное внимание дочери.
— Мам, прости меня, пожалуйста? Я ужасно виновата в том, что произошло в нашей семье.
— Что ты такое говоришь? — отмахнулась мать, отступая в сторону, — проходите в дом, я хочу получше на тебя посмотреть.
Женщина суетилась возле стола, подавая чай и расставляя перед девушками еду.
Её глаза, совершенно точно, блестели от радости, но Рике всё равно казалось, что от слёз.
Она хотела всё рассказать и снова попросить прощения у мамы, у Фрэнка, у Наоми…
Это её вина.
Мисс Картер периодически смотрела на Рику с пониманием. Будто данная ситуация ей настолько знакома, что она знает как быть и даже — как себя чувствовать.
Подумать только!
Знать, как себя чувствовать.
Будто это зависит от какого-то переключателя в голове.
Но где он, чёрт побери?
Карина пыталась тактично отказаться от предложенных блюд, но, видимо, Рика унаследовала характер от своей мамы…
Её отказ не был услышан.
— Мам? — девушке кусок в горло не лез. Она обязана была начать разговор, иначе после этой тёплой встречи они отдалятся друг от друга. — Ты ведь знаешь, что Наоми… была со мной всё время? — руки матери задрожали, и она была вынуждена опустить чашку чая на стол, чтобы ненароком не обжечься.
— Знаю, — женщине хватило сил на улыбку.
— Поэтому, прости меня. Это я не смогла её уберечь. Я чувствую себя ужасно из-за этого. Я не знала, что всё так получится, мам… — слова прозвучали вымученно. Будто Рика не проговаривала их про себя, вот уже несколько дней. Какой она ожидала реакции от своей матери?
Прощения? Или осуждения с горой битой посуды?
На самом деле, какой угодно.
Но мама всем своим видом напоминала ей Карину. Такое же убийственное спокойствие и такая же пустота в глазах. Это видеть — было слишком больно.
Рика сразу же задалась вопросом, кого потеряла мисс Картер? Или же, с чьей потерей она заставила себя смириться?
— Думаю, вам нужно остаться на ночь. Уже очень поздно, — произнесла женщина, взглянув на часы. Её голос совсем не дрогнул при этом.
— Я не уверена, что это удобно и… — Карина снова собиралась отказаться от предложения. Ведь Рика её даже не представила своей маме. Она чувствует себя вторгнувшейся в чужую семью и несущей бесконечные проблемы. Рика перебила её, как всегда.
— А где Фрэнк?
— У него сегодня ночная смена, а возвращается он обычно к десяти утра. Успеете выспаться, — Рика знала, что ей придётся уехать утром. Она и не планировала оставаться здесь жить, тем более с Кариной. Видеть Фрэнка было бы ещё одним испытанием для девушки. Он ведь очень любил свою дочь, и Рика уверена, что он винит её сейчас и будет винить всегда… — Вам отдельно стелить, или… вместе? — Карина с Рикой переглянулись.
— Вместе, — сказала девушка, не отводя взгляда от мисс Картер. — Это моя девушка, кстати. Её зовут Карина. — женщина улыбнулась, смотря на блондинку с высоко приподнятым подбородком. Это красивое лицо она где-то уже видела, но никак не могла понять, где именно. Решив, что девушкам нужно отдыхать, она удалилась обратно на кухню.
Комната Рики показалась Карине крошечной.
Ради любопытства она даже решила посчитать, сколько её шагов вмещается в этом маленьком пространстве.
Пока девушка принимала душ, мисс Картер рассматривала помещение, в котором выросла её названная девушка.
Несколько рамок с фотографиями, учебники, открытые тетради, какие-то схемы и чертежи, плюшевые медведи на полке.
Эта обычная комната с минимальным количеством мебели и множеством деталей нравилась Карине.
Она бы выбросила половину вещей отсюда и открыла окно, но оставила бы этот кавардак на столе и фотографии. Как напоминание о счастливых моментах.
Карина задумалась, почему у неё нет ни одной такой фотографии?
— Не скучаешь? — женщина пару раз моргнула, не ожидая, что её мысли окажутся прерваны так скоро.
— Нет, смотрела твои фотографии.
— А-а-а, да там они все старые, — Рика подошла ближе, прижимая к груди полотенце, и указала на фото, где её обнимает девушка. — Это моя бывшая, кстати. Та ещё штучка оказалась.
— Симпатичная.
— Раньше была. Теперь она вышла замуж, родила и растолстела, — Рика скривилась в отвращении, швырнув фотографию на стол.
— Должно быть, ты очень любила её, раз хранишь эту фотографию.
— Любила, но это в прошлом. Слишком много времени прошло с тех пор, и мои взгляды изменились. Тогда мне казалось, что на ней свет клином сошёлся. Я на учебу забивала и спала под её окнами, чтобы она не бросала меня. Представь, какая дура была?
— Ты боролась за свою любовь. Я считаю, что это очень сильно.
— Теперь я ни за что не борюсь. Гидразин, кстати, она мне нашла. Знаешь, где находится кладбище военной техники? — Карина нахмурилась, начиная понимать о каком месте идёт речь.
— Да, знаю.
— Вот. Отец моей бывшей работал там смотрителем, и она достала для меня пропуск. Я приходила туда за всякими деталями. Типа, знаешь, тостер собрать или говорящий пылесос… а ещё, сливала гидразин. Думала, мне показалось, когда наткнулась на него впервые. Его же должны были слить сразу, прежде чем бросать на помойку металлолом.
— Ракетное кладбище, а не военное.
— Да какая разница. Ты бы видела, что там остаётся от этих ракет. Одни кишки, — женщина улыбнулась, — что ты улыбаешься?
— Ты, правда, можешь собрать говорящий пылесос?
— Не знаю. Я образно сказала, — Рика решила, что пора ей переодеться. Не может же она ходить, а затем и лечь спать — в полотенце.
— Интересно. Я бы хотела себе такой.
— Настолько не с кем поговорить? — Карина ничего не ответила, а только тяжело вздохнула. — Со мной тогда разговаривай. Я не только глупые вещи могу говорить. Если хочешь, побуду чуть-чуть серьёзной.
— Не хочу.
— Ну да, я менее привлекательна, когда выгляжу серьёзно, — девушка подошла к шкафу и без стеснений сбросила с себя полотенце. Мисс Картер тут же отвернулась. — Можно задать тебе ужасно серьёзный вопрос?
— Задай.
— Ты же встречалась с девушками, помимо своего замужества?! Была ли та, что казалась тебе той самой?
— Была.
— Не моё дело, но… почему вы расстались?
— Это длинная и не очень красивая история.
— Обойдусь без красот, — женщина развернулась, напряжённо смотря на Рику. Она никогда и ни с кем не говорила об этом. Поэтому она чувствовала, как сердце ускоряет свой ритм от волнения.
— Отец решил, что мне пора выходить замуж, а когда я заявила, что влюблена в Николь, мне доказали, что эта любовь подделка.
— Как это подделка?
— В мой день рождения, моя девушка сказала мне, что всё кончено. Сказала, что никогда не любила меня и ей жаль, что наши игры зашли слишком далеко. А мой будущий супруг переспал с ней за солидную сумму денег и даже мне фотографии прислал.
— Хороший подарочек. Но может, её заставили так сказать и сделать? Ты не пыталась выяснить в чём дело?
— Наверное, у меня не тот характер. Обычно я верю в то, что мне говорят любимые люди.
— Да уж, наверное, грустно думать об этом.
— Я не думаю. Потом всё завертелось в жизни так, что было не до душевных страданий. Выборы же ещё тогда были, и отец боялся, что его уберут с поста. Брат заболел, муж требовал внимания, его сын меня ненавидел. В общем, был тот ещё хаос.
— И ты сбежала воевать? От мужа?
— Больше, наверное, от самой себя. Мне думалось, что я должна буду победить себя, если смогу вернуться с войны.
— Но тебя не особенно ждали, как выяснилось?
— Да, что-то вроде того, — Рика забралась под одеяло и откинула край с другой стороны, широко улыбаясь женщине. — Извини, что разоткровенничалась. Обычно, это на меня не похоже.
— Ничего, мне было интересно тебя слушать.
— Думаю, нужно поспать.
— Да, ты права, — Рика соскочила с кровати и снова порылась в шкафу, доставая оттуда красную футболку. — Лови футболку.