Только проснувшись окончательно парень понял, что это не просто кому-то скучно, а посадник Прокл решил последовать его советам и попрыгать вниз по лестнице. Молодец. Что тут скажешь? С болями в спине превозмог себя и прыгает. Нда. Мог бы и в пять утра начать, чего думать о пришлых, те в дороге выспятся.
Пришлось вставать. Пока умывался парень и толчёным мелом зубы чистил, прыжки над головой прекратились, а вскоре вой какой-то раздался с той стороны. Волчий эдакий. Потом вой переместился на двор, где вскоре и затих.
— Что-то пошло не так? — шмыгнул носом парень и направился к тому месту, где в последний раз вой слышал. Возможно, помощь нужна.
Картина предстала… ну, весёлая. И объясняющая вой. Волки, как оказалось, отношения к нему не имели.
Камень вышел из правой почки у посадника. Вот только он был приличный, видимо, по габаритам и острый, и проходя по всяким так проходам, причинил хозяину кучу непередаваемых ощущений и даже поранив. И сейчас пожилой мужчина в сутане сидел на лавке рядом с посадником и наложением рук… м… на причинное место, исцелял того. Зелёное пламя погасило уже боль, и теперь посадник лишь чуть постанывал, ну от ощущения, должно быть, что всё закончилось. Коська решил проследить за действиями конкурента… сподвижника… старшего товарища. И убедился в сделанном раньше наблюдении. Языки зелёного пламени у Язепа были более яркие, более зелёные же не скажешь, и они повыше были. То есть, лекарская энергия, отдаваемая его учителем, была сильнее. И у него, у Коськи, даже сильнее, хоть он и несколько месяцев всего как лекарем стал, пламя ярче, чем у этого хельга.
Лекарь не продержал пяти минут лечебное пламя, видимо, кончились силы. Слабый дар, и он, как Касьян, его какой-то горько-солёной настойкой или отваром не усиливал. Не мучил организмус этой гадостью. А Касьян два раза целых прошёл через эту процедуру. Брат Ярослав увидел парня, сняв руки с посадника Прокла. И разве что не бегом ломанулся к нему.
— Ты чуть не убил княжеского посадника! Я его еле вылечил, после твоих советов. Не лазутчик ли ты князя Ягайло, не подослан ли им погубить посадника, чтобы Литва захватила Колугу?
— Нет.
— Что нет? Ты хотел погубить посадника, а потом и самого Великого князя⁈ — даже слюной лицо забрызгал этот брат Ярослав Касьяну. Они примерно одного роста были. Глаза в глаза смотрели друг другу. Не высок лекарь в Колуге, лыс и тощ. И нос в прожилках красных, как у алкоголика. К медам пристрастился или к вину заморскому?
— Нет. Господин посадник! — Коська отодвинулся в сторону, что Прокла видеть, — Прокл сын Евстигнея, как ты себя чувствуешь? Что с болями в спине?
В глазах посадника бушевала ярость. Как же, именно этот молокосос заставил его так страдать. Но через несколько секунд, пока посадник раздумывал над тем, на кол посадить засранца или кнутами до смерти забить, он сумел уяснить, что всё, все боли у него в спине кончились, и он может ходить не сгибаясь, и даже рези там внутри нет.
— Хм. Это было страшное лечение. Высечь тебя хотел, а сейчас чувствую, что и, правда, легче стало, — пощупал спину посадник.
— Большой, значит, был камень. И если бы не стал ты прыгать сейчас, и он бы не вышел, то ещё больше бы вырос и вот тогда… и вот тогда начал бы выходить и не смог. Закупорил бы мочевыводящие пути. Пиелонефрит бы начался и кердык. Мементо мори. (memento mori («помни о смерти»)). Умер бы в страшных муках.
Вообще, Константин Иванович был далёк от этого куска медицины, разве что-то подобное было с его соседом по палате в больнице, когда он туда попал в больницу с камнем в желчном пузыре. Тогда мужику — соседу сильно повезло, что быстро привезли на скорой и операционная с хирургом была готова почти, начали готовить плановую операцию, но пришлось на соседа переключаться.
Что-то пробурчав, может и спасибки сказал, посадник поднялся с лавки и походил по горнице, а потом ни слова ни сказав, ушел.
— Нда, нужно держать язык за зубами, — проговорил мысленно Коська на прощанье боднувшись взглядом с лекарем Ярославом, — а то точно на кол посадят. Что за дурацкий характер, вечно вперёд высунуться надо? Всем нужно добро причинять. («добро причинять, пользу наносить и ласкам подвергать» — это цитата из фильма «Властелин колец: Братва и кольцо» (в переводе Гоблина)).
Смешная притча вспомнилась. Жил очень добрый человек. Самый добрый на всём свете. А когда кто-то становился добрее него, то он его убивал и снова становился самым добрым.