— Но ей надо дать шанс вновь стать нормальной, не так ли? Вы ведь этого тоже хотите?
— Не знаю, не знаю, к худшему это или к лучшему, — пробормотал доктор Круз, захлопнул папку и не спеша стал подниматься по лестнице.
Яркий свет и праздничная раскраска воздушных шариков сразу резанули по глазам Тину. Она давно не бывала в больших компаниях, отвыкла видеть сразу так много молодых, веселых парней и девчонок.
Один из парней, даже не попробовав познакомиться, сразу схватил ее за руку и потянул на середину гостиной.
— Послушай, мне нужно узнать твое мнение, — он говорил, захлебываясь словами, выхватил из-за пазухи пачку исписанных мелким почерком листов и стал читать театральным голосом. — Что ты скажешь на это: Прошло тридцать тысяч лет, и теперь вся Галактика населена высокоэволюционированной протоплазмой.
Тина опешила и сделала шаг назад. Она удивленно смотрела на любителя фантастической литературы, который уверенно читал ей отрывок из только что написанной повести.
— И теперь среди всех звезд нет ни одной женщины, — продолжал фантаст Эди.
Ник, улыбаясь подошел и осторожно взял Тину за плечи.
— Да не слушай ты этого идиота. Он всегда нагородит какой-нибудь чуши. Не слушай его, лучше посмотри по сторонам. Какие тут собрались хорошие ребята. Это только он один у нас идиот, а все в полном порядке, так что ты их не бойся.
Тина немного пришла в себя, улыбнулась и часто закивала головой. От неожиданного сочувствия и ласки ее, до этого скованное страхом лицо, преобразилось. Оно стало удивительно привлекательным, и Ник заметил это.
Но заметил не только Ник, заметила и Мелиса. Она криво улыбнулась и, пробормотав ругательства по адресу предателя Ника, на которого у нее были свои вида, подошла к фантасту Эди и обняла его за плечи. Эти объятия были настолько демонстративны, нарочиты, что голоса в гостиной на какое-то время смолкли.
Бен даже скинул ноги со стола и присвистнул, но Тине эта внезапная тишина в гостиной показалась очень суетливой после нескольких лет, проведенных в клинике. Она услышала, как на кухне звенят посудой и переговариваются очкастая отличница Медью и длинноволосая красавица Лора.
Лора объясняла доверчивой Медью как надо знакомиться с парнями. Она рассказывала о хитростях легких флиртов с такой откровенностью, что простоватое лицо отличницы Медью через каждую секунду покрывалось все новыми и новыми пунцовыми пятнами, пока, наконец, не стало таким же бордовым, как легкий шарик, который раскачивался над ее головой.
Красавица Лора глубоко вздохнула и, набрав полную грудь воздуха, невозмутимо продолжала:
— Понимаешь, самое главное — обольстить в первое же мгновение. Вот, например, подходит он ко мне и говорит: «Девушка, ваши права». И что ты думаешь, я делаю?
— Не знаю, что можно делать, — прикрывая лицо ладонями, ответила отличница Медью.
— А делать нужно вот что. Я резко открываю машину, приподнимаю и без того короткую юбку и выбрасываю свои длинные ноги. «Извините, офицер, вы знаете, я забыла свои права дома, а живу я здесь совсем рядом. Давайте вместе заскочим ко мне домой. И я вам покажу свои права».
— И что?
— Как что! Полицейский садится в машину, мы едем ко мне, и я знакомлюсь с отличным парнем. С лейтенантом полиции.
— Ну, а что дальше?
— А как, что дальше! Я затаскиваю его в свою постель. И ты знаешь, полицейские звери. Такое удовольствие не испытаешь ни с кем больше. Не надо тебе ни мазохисты, которые звенят цепями и хлещут кнутом. Ты ведь знаешь, что полицейские всегда носят наручники.
— Да, знаю.
— А еще у них есть такая большая резиновая палка. И вот с наручниками и палкой мы развлекаемся.
Лора продолжала вводить в краску отличницу.
— Это мне не подойдет, — пробормотала Медью.
— Это еще почему? — изумилась Лора. — Мне подходит, а тебе нет.
— Ты знаешь, — смущенно призналась отличница протирая запотевшие очки, — у меня ведь даже и прав на машину нет.
— Ну тогда я тебе расскажу другой прием.
Лора ловко резала хлеб.
Понимающе подмигнув Лоре, в кухню вбежал Боб, он тащил за собой упирающуюся Керл.
— Нет, ты посмотри, вечеринка еще не началась, а наша Лора уже кончает, — говорил он своей подружке, — бардак такой развели, никакого порядка.
— Мы же не для себя стараемся, — возмутилась Лора, — если так переживаешь за Майкла и Ника, то к приезду богатого дядюшки мы наведем здесь идеальный порядок.
Наконец, Ник догадался представить Тину обществу. Они подруку зашли на кухню, и Ник скромно сказал: