— Ты, наверное, не слушаешь нас? — спросила Тэм.
— Нет, нет, — Томми приподнял голову. Я слушаю, просто мне интересно осмотреться на новом месте.
— Ну так вот, — продолжал Эмишли Лютер. — Тут ты сам Томми будешь себе начальник. Ты будешь решать, что делать, а чего не делать. Готовься вступить в общество таких же, как ты, и начать новую жизнь. — Эмишли посмотрел в лицо Тэм Робинсон.
Они понимающе улыбнулись друг другу, и Томми, заметив добродушные, веселые улыбки врачей, тоже улыбнулся, но правда ненадолго.
— Так вот, Тэм, — сказал Эмишли, — проведи парня в его комнату. Пусть располагается. Чем скорее он привыкнет, тем быстрее пойдет лечение.
— Хорошо, — кивнула головой женщина, и они с Томми вышли в коридор.
Перед лестницей женщина остановилась.
— Тонни, твоя — первая дверь налево. Поднимайся, там открыто. Замков у нас тоже нет.
Томми благодарно кивнул женщине и пошел в свою комнату. А Тэм вернулась к доктору.
Ну как, Эмишли? Какое твое первое впечатление.
— Да, по-моему, спокойный парень.
— Мне тоже так показалось.
Тэм вновь уселась на стол, а доктор Лютер принялся листать историю болезни нового пациента.
— По-моему, парень ничего, и ему здесь должно понравиться.
— Я тоже так думаю, — Тэм кивнула Лютеру. — Никаких проблем у нас с ним не должно возникнуть.
— Ты ошибаешься, Тэм, диагноз у него довольно серьезный.
— Ну и какой диагноз? — поинтересовалась Тэм.
— А вот, — доктор раскрыл папку. — В двенадцать лет парень убил психопата-маньяка и после этого с ним начало происходить что-то странное. Его преследуют кошмарные видения. Очень сильная неврастения. Вот смотри, — и он водил пальцем по различенному листу, — смотри, какие только терапии к нему не применяли, какие только лекарства в него не вводили, какими только способами его не пробовали лечить и все бесполезно. Теперь он оказался у нас.
Доктор закрыл историю болезни.
Томми вошел в свою комнату и осмотрелся. Он бросил сумку на край постели, сел рядом, расстегнул молнию и вытащил небольшую фотографию в золоченой рамке. На фотографии были его мать и сестра. Он долго и внимательно рассматривал ее, потом снял очки и положил их на фотографию, которая уже лежала на тумбочке. Из кармана джинсов Томми вытащил охотничий нож с тяжелой роговой рукояткой, с широким сверкающим лезвием. Он пару раз щелкнул пружиной, посмотрел на свое отражение в лезвии, закрыл нож и спрятал под край матраса.
Томми угнетала стерильная белизна стен и какая-то холодность и отчужденность комнаты, которая еще не успела принять его, и к которой он еще не успел привыкнуть и обжиться.
Немного подумав, Томми все-таки решил начать распаковываться. Он вытащил из сумки чистое, отутюженное белье, взял его и пошел к стенному шкафу, куда решил его положить.
Открыв дверь, он замер. Прямо на уровне его глаз болтался большой черный паук, величиной с кулак. Паук подрагивал. Томми отшатнулся в сторону. Послышался хохот.
Из второй половинки шкафа вышел двенадцатилетний чернокожий подросток, держа в руках на нитке этого черного резинового паука.
— Ты боишься черных пауков? — улыбаясь во весь рот, спросил негритенок. — Боишься, боишься? Скажи мне.
Томми замешкался.
— Неужели ты боишься резиновых пауков? Так скажи, боишься резиновых пауков на веревке? Боишься? Или не боишься?
Томми молчал.
— Ну, парень, какой же ты трусливый! — с удивлением проговорил негритенок. — Да, ты очень труслив.
Томми отвернулся от него и положил свою одежду на тумбочку.
— В той местности, откуда я родом, учат никого и ничего не бояться. А зовут меня Реджи Крыса. — И негритенок вновь широко улыбнулся, показав сверкающие белые зубы в обрамлении толстых, сочных красных губ.
Томми в это время возился со своей сумкой. Он стоял, отвернувшись к мальчику спиной. Вдруг Томми резко повернулся к негритенку.
— Меня пауком не испугаешь, — услышал негритенок.
Он тут же отпрянул прямо в глубину шкафа.
Перед ним стоял не Томми, а какое-то страшное существо. Вместо головы была маска невероятного космического чудовища. Из-под маски доносилось хрипение и рычание.
Негритенок сжался в платяном шкафу. Томми стащил маску с лица и улыбнулся.
Одну за другой из своей большой сумки Томми вытащил штук пять разных ужасных резиновых масок. Он выставлял их на кровать в ряд. Негритенок подошел ближе, присел и хотел взять одну в руки.
— Не трогай! — остановил его Томми.
— Чего ты такой? — не удержался от вопроса негритенок. — Как будто ты сам их сделал.