Но Джойс все-таки был другом Томми и он не мог позволить ему погибнуть такой ужасной смертью. С диким криком Джойс, сжимая в руках лопату, разбежался и ударил лезвием по голове Роджера.
Хрустнул черенок, и обломки лопаты отлетели в сторону. Роджер с усилием обернулся. Джойс недоуменно смотрел на короткий обломок черенка в своих руках. Мертвец-убийца взмахнул рукой, и страшной силы удар пришелся на грудь парня. Рука проломила ребра и вышла со спины Джойса. Парень, закинув голову назад, стал захлебываться кровью. Сжимая в руке окровавленное сердце, Роджер вытянул руку из своей жертвы и удовлетворенно посмотрел на нее, обагренную кровью. Там пульсировало еще трепещущее сердце. Другой рукой он толкнул безжизненное тело Джойса в разрытую могилу.
Джойс упал как раз туда, где еще несколько секунд назад неподвижно покоился Веселый Роджер. Крышка гроба глухо ударилась и закрыла парня.
Томми, истошно закричав, бросился убегать. Он мчался по лужам, старался перепрыгивать через корни деревьев и все-таки цеплялся за них. Он вскочил в машину и судорожно повернул ключ. Машина взревела и помчалась по проселочной дороге как можно дальше от этого страшного кладбища.
Убийца Роджер поднял с земли пластиковую маску хоккейного вратаря, удовлетворенно осмотрел ее и надел на голову, скрывая истлевшую плоть и копошащихся в глазницах червей. Теперь его налитые кровью глаза смотрели на мир сквозь узкие прорези маски. Он осмотрелся по сторонам и неторопливо, уверенно и мерно пошел через кладбище искать свою очередную жертву.
Ведь не для того его выкопали, чтобы он спокойно ходил по земле. Его делом было убивать и сеять смерть. Убийство — это было то, что он умел делать, это было его единственным предназначением на грешной земле.
Томми мчался на своей машине с включенными фарами, на полной скорости. Он выжимал из мотора все, что только можно. Он стремился как можно скорее уйти от этого проклятого кладбища. Убежать от убийцы Роджера, который неотвратимо, одному ему известными дорогами, сокращая путь, преследовал Томми.
Машину с незаглушенным двигателем он бросил прямо у входа в полицейский участок. Широко распахнув одну из дверей, ударившись о другую, он влетел в кабинет шерифа, который, удобно устроившись в мягком вращающемся кресле, положив ноги в начищенных ботинках прямо на стол, чистил свой тяжелый полицейский кольт.
— Спасите, помогите мне! — врываясь в кабинет, кричал Томми.
Шериф мгновенно среагировал. Он вскочил и, зажав двумя руками свой кольт, направил его на парня.
— Стоять и ни с места! Руки вверх!
— Я… я… я, — Томми поднял руки вверх, — знаете, что случилось?! Страшный убийца Роджер жив! Он только что убил моего друга Джойса. Буквально несколько минут назад он убил моего друга! Спасите! Помогите! Его надо остановить! Он гонится за мной!
— Сумасшедший, угомонись! А то я сейчас твоими мозгами загажу весь кабинет, если ты не заткнешься! Какой убийца? Какой Роджер? Ты что, сумасшедший?! Парень, успокойся! Иначе, я тебя сам сейчас убью.
— Нет, нет, я говорю вам правду! Шериф, шериф, вслушайтесь в мои слова.
— Слушай, заткнись и успокойся! Давай разбираться спокойно.
— Ну слушайте же, шериф, сделайте что-нибудь!
Шериф поднял с пола тяжелый винчестер, который лежал возле его ног и поставил в стенной шкаф.
— Шериф, поймите, мы с моим другом только что откопали его тело. Мы вскрыли могилу. И Роджер убил моего друга. Убил! Он вырвал его сердце! Я сам это видел! Я это помню!
— Слушай, парень, ты успокоишься в конце концов или нет? Или я, как и обещал, твоими мозгами забрызгаю весь свой кабинет! А мне этого не хочется делать, потому что буквально неделю назад здесь делали ремонт. Видишь, какие хорошенькие и чистенькие обои. Видишь этот белый пластик?! Мне жаль его портить. Так что замолчи! Для начала скажи, кто ты?
Заикаясь и сбиваясь, Томми представился:
— Я Томми Чарлиз, я Томми Чарлиз, я Томми Чарлиз… — как заведенный повторял парень.
— Ну я понял, ты — Томми Чарлиз. Теперь заткнись, как я тебя и просил. Будем разбираться. Слушай, так это ты тот парень, который единственный из всех психов остался жив? В местной психлечебнице? Да? Ты? Отвечай! Два года назад? Ты?
Томми задумался.
— Да, это я.
— А, ну тогда понятно. Тогда понятно! Сядь и успокойся. Почему это Роджер ожил? Я сам присутствовал на его торжественных похоронах.
И шериф хохотнул.
— Сделайте что-нибудь, шериф! Я вас прошу, я вас умоляю! Я вам приказываю!