— Так, ладно, хорошо. Всё, нагулялись, пойдём домой.
Мальчик снова кивнул.
Я осторожно взял его на руки. Предупредил:
— Если где-то будет больно, сразу говори.
— Угу...
Вскоре мы вернулись к машине. Аккуратно усадив пациента на заднее кресло, я обошёл машину и сел с ним рядом. Астра завела мотор, и мы отправились к их семейному особняку.
— А ты молодец, — подбадривал я Тимура. — Ни слезинки не проронил. Даже я так не умею. Настоящий богатырь.
Он тихо посмеялся и вроде даже отвлёкся от боли.
— Чем сегодня в школе занимался?
— А мы там... Мы считали.
— Правда? И что вы считали?
— Яблоки.
— Красные?
— Ага. Но были и зелёные.
— И сколько их было?
— Четыре. А красных пять.
— А что потом? Вы их съели?
— Хи-хи-хи, нет! Они же нарисованные!
— Понятно, — посмеялся вместе с ним и я. — А что ещё делали на уроках?
В общем, мне удалось отвлекать его на протяжении всего пути. И вот мы снова оказались в роскошном особняке Огневых, где каждый человек в костюме смотрел на меня, как на врага народа.
Ну что ж, надеюсь, из-за меня у Астры не возникнут проблемы. Мне бы очень не хотелось ей навредить, поэтому я приложу все силы, чтобы этого не случилось.
Глава 17. Спокойной ночи
Въехав в ворота особняка, мы остановились прямо напротив главного входа. Я снова взял Тимура на руки, и все вместе мы вошли в дом. Конечно же, нас уже встречали.
— Тимка упал, — оповестила Астра вышедшую нам навстречу женщина. — Позовите Матвея Семёновича.
Женщина кивнула и убежала. Мы потихоньку поднялись по уже знакомой мне лестнице на второй этаж. Комната Астры была справа, но девушка повела нас налево. Через пару дверей мы оказались в симпатичном помещении, обставленном на детский манер. С одной стороны прямо на стену были приклеены разнообразные наклейки: с животными, монстрами, мультяшными персонажами, роботами. С другой стороны стена была просто раскрашена в хаотичном стиле. Тут же стоял навороченный компьютер, прожилки которого даже сейчас переливались всеми цветами неоновой радуги. Рядом с кроватью располагался стол, заваленный учебниками и тетрадями, а чуть поодаль, почти в углу, на стене висел огромный телевизор, перед которым лежала игровая приставка с двумя джойстиками.
Я положил Тимура на кровать и сам присел рядом.
— Вот и добрались, — сказал я. — Ну как ты? Держишься?
Мальчик пару раз кивнул. Вообще, он выглядел уже вполне нормально. Я бы, будь моя воля, помыл ему руки с мылом, смазал их зелёнкой, да отправил гулять дальше. Но ладно уж, пускай его лучше в самом деле осмотрит знающий человек.
Буквально через минуту в комнату чуть ли не ворвался мужчина старших лет. Не обращая на нас с Астрой никакого внимания, он с ходу принялся расспрашивать Тимура, где болит, что случилось, и всё в таком духе. Потом начал досконально всё осматривать. Но, как я предполагал, ничего серьёзного не обнаружилось. Лишь ссадины и ушиб колена.
— Доктор, он будет жить? — с серьёзным лицом спросила Астра.
Мужчина аж опешил:
— Э... А... Д-Да, разумеется.
Серьёзность девушки перетекла в улыбку, и она тихо посмеялась.
— Ладно, карапуз, поправляйся давай. — Астра потрепала брата по голове, взлохматив ему волосы.
В ответ Тимур тоже захихикал и попытался схватить сестру за руку, но девушка оказалась проворнее.
— Пойдём? — обратилась Астра уже ко мне. — Надо подготовиться к приёму. Первые гости скоро приедут.
Я кивнул. Потом подмигнул Тимуру и показал ему большой оттопыренный палец. Он ответил тем же жестом.
Мы с Астрой переместились в её комнату. Там она первым делом свалилась на свою кровать. Громко зевнула, потянулась:
— Э-э-э-эх... Вздремнуть бы сейчас...
— А что мешает?
— Прикалываешься? — Девушка рывком поднялась до положения сидя. — Меня отец в асфальт закатает. Хотя, он меня и так, и так закатает. Я же не выполнила его поручение — не поехала к депутату. Да ещё и по твоему совету скорую вызвала толстяку. Я теперь вообще боюсь отцу в глаза глядеть. Эх... Хоть бы он не вышел сегодня из кабинета раньше времени.
— Да не переживай, я тебя прикрою. Как-нибудь.
— Си-ильно в этом сомневаюсь... Но мне стало легче. Правда. А теперь давай переодеваться.
Девушка поднялась на ноги и ушла за ширму своей гардеробной.
— Как думаешь, — послышался оттуда её голос, — мне снова красное надеть или выбрать что-то другое?
— Ты знаешь, я в этом не особо силён. Но мне кажется, ты украсишь собой любое платье, которое наденешь.
— Вот ведь подхалим. Ладно, тогда... посмотрим вот это.
За ширмой послышалось копошение и даже, кажется, едва уловимое кряхтение. Я занял мягкое кресло и принялся ждать.