-куда я уйду от своего гиганта, м? - Ал улыбается в самой глупой манере; В такой глупой, что обычно такие улыбки стыдятся показывать - прячут за рукавами и руками, а он доверяет Сосенке так сильно, что показывает насколько глупа его искренняя улыбка
-Я эльф, если что !
но эльф всё равно заражается подобным и показывается свои треугольные перламутровые зубки, которыми он должен был бы есть ягоды, но предпочитает в игривой манере прикусывать чужую кисть ,а после залечивать своими настойками, которыми лечит раненных животных.
"Восхитительный"- только и может выдохнуть Ал, вспоминаю то какая сильная перед ним личность
-Глупо улыбаешься, Ал.
-А сам-то?
После непродолжительных переглядок, Александр первый прерывает тишину самой неожиданной фразой.
-Я люблю тебя.
Эльф не только перестал сиять каратами своих глаз, но улыбка акулёнка полностью потухла, оставляя после себя тонкие полосы сладких губ.
Ал лишь сильнее обнимает Пина, который впервые в их знакомстве пытается уйти от объятий.
-Я сказал что-то не так? Если у вас это значит что-то другое, то я имел в виду-
-Нет, всё верно, но ты ошибаешься.
-Почему?
Эльф с перекошенным от чувства чужой наступающей боли лицом зыркнул вниз - выцепил чужой уверенный взгляд и сильнее прорычал в сторону. Он не хотел делать больно, ему стыдно.
Да, Александр ,как по-настоящему человечный и смелый ,как благородный рыцарь из точно эльфийских сказок ,не дал пробиться из глубин сознания эгоизму - в глазах лишь чистая готовность понять.
Поэтому Эльф быстро ломается.
-Я не эльф.
-Почему?
Закатив глаза в лёгком смешке -"Почему-почему. Заело,человек?"- ,Пин нащупывает в себе похожую смелость, чтобы сделать ответное, но более мерзкое признание.
-Меня не считают эльфом, я уже очень давно не живу в родном лесу, буквально отшельничаю, ведь меня считают хламом: у меня другие взгляды, я против очень многих тупейших традиций и ..есть ещё кое-что. Кое-что, за что меня изгнали из общины.
Ал не шевелится, не дышит ,и не сглатывает, чтобы даже щелчки в ушах не прервали поток откровения.
-Понимаешь ли, Ал..- переминает губами, начиная очень сильно сомневаться в своём решении.
Глаза очень тепло оглаживают абсолютно каждую деталь Алекса, оценивают его мускатный цвет кожи, на котором абсолютными изумрудами выглядят глубоко зелёные глаза. Понимание, что хоть и неосознанно, но Александр отдаёт эту красоту подобному ему уроду царапает по хрустальному сердцу заметнее, чем того бы хотелось.
Ал видит рождение нечто невероятного: у тонкого носа ,в самом краю глазок собираются слезинки, поэтому он живо вытягивает ладони вверх и заботливо их стряхивает. Он подталкивает невесомо и поддерживающе.
-Редко такая простая фраза как "я люблю тебя" у людей значит что-то серьёзное. Но я провёл с тобой достаточно времени, я чувствую любой природы ко мне рядом с тобой, потому мне плевать считает ли тебя эльфом кто-то другой. Для меня ты эльф не из-за того, что это кто-то решил, а потому что ты сам себя таковым считаешь.
Пин в своей капризной манере отворачивает голову - Ал продолжает уверенно удерживать мягкое, персиковое лицо уже в своей.
Эльф дует губы из-за чужой решительности. Рывок - вновь слабый прочёс на чужой кисти.
Оба вновь улыбаются, поэтому эльф находит в себе настоящую смелость ,мягко кивая на немой вопрос чужих глаз "так ты расскажешь?".
Ал чувствует себя на показе мод рядом с Эльфом, ведь тот умудряется завернуться в полупрозрачную ткань так, что не отведёшь взгляда как от статуи античного атлета или мраморной красавицы с корзиной цветов над головой. Александр ,когда его изящное деревце отскакивает в сторону, усаживается в позу "плохо скрываемого ожидания": сел, спиной полностью облокотился на дерево позади и слабо раздвинул ноги, позволяя рядом с сосенкой не соблюдать даже минимальных правил приличия.
За густым слоем из складок прозрачной сказочно сияющей одежды скрывалась белая юбка, которая и делала из любых вариантов намотанного одеяния платье. Он ныряет под тонкие одежды и пальцами распутывает незамысловатый узелок на юбке, которая слетает и слишком тяжело, громко - вровню его мыслям - падает на умолкшую траву.
Место правой ноги целиком и полностью, оставив кожаным лишь бедро, заменял деревянный протез, который, судя не только по виноватому, но и грустно-изучающему взгляду юноша сделал сам.
На немой вопрос, который, кажется, поступил не от Ала , а от окружающих их деревьев, ответил сразу:
-Я сделал его из умершего дерева..- Озвучил Эльф, у которого совершенно скрутились ушки от осознания произошедшего: он признался, а Алекс молчит.