Тихо рассчитывал осмотреть двор, убедиться, что окна и двери заперты, и двинуться дальше, но его план разошёлся с реальностью уже на втором этапе. Пара окон на третьем этаже посверкивала трещинами, в одном отсутствовал фрагмент стекла с ладонь размером; виной тому, скорее всего, сочетание росшего напротив клёна и весеннего шторма. Человек через такое отверстие и до щеколды бы не дотянулся, а вот летучее ба могло и воспользоваться. И застрять. Перспектива искать в заброшенном доме труп ба Тихо не прельщала, однако возможность разобраться с делом быстро, практически на собственном пороге… ради этого стоило потерпеть.
Конечно, ключа от входной двери у Тихо не было. Воровато оглянувшись, он прижал ладонь к косяку, примерно там, куда входил язычок замка. Пахнуло сыростью, затем жаром, на крыльцо высыпалась щедрая горсть деревянной трухи, и с небольшим опозданием упал металлический корпус. Тихо носком кроссовки отодвинул его на ступеньки; на обратном пути он намеревался восстановить замок.
Внутри, предсказуемо, оказалось темно из-за грязных окон. И пыльно. Пыль лежала густым непроницаемым покрывалом: на полу, на голых стенах, на подоконниках. Вопреки ожиданиям, собственно кроме пола, стен и подоконников внутри ничего не оказалось. Тихо почему-то ожидал разбитой мебели или, наоборот, многозначительных силуэтов под белыми покрывалами (наверное, следовало меньше доверять художественной литературе). Но мебель в доме просто отсутствовала.
Что ж, это облегчало его работу. Он медленно обошёл комнату за комнатой, оглядывая углы. Ба без носителя, особенно мёртвое ба, можно было заметить и невооружённым глазом; его единственной маскировкой оставалась врождённая полупрозрачность тела. Ничего похожего Тихо не обнаружил ни на первом этаже, ни на втором. На третьем нашлась единственная комната со следами бывших жильцов: голой рамой кровати, покосившимся шкафом и столом без стульев — но и те покрывала вездесущая пыль. Тихо заглянул под стол и под кровать, открыл шкаф (и подпрыгнул, испуганный своим отражением в зеркале на внутренней стороне дверцы). Ничего, если не считать лёгкой ментальной щекотки, какого-то смутного ощущения неправильности.
Тихо был колдуном. Человеком, научившимся взаимодействовать с той частью реальности, для взаимодействия с которой у человечества не было подходящих органов чувств — за счёт неподходящих. Привлёкшее его внимание ощущение с равной вероятностью могло оказаться как обычной интуицией, так и свидетельством присутствия чего-то большего. В терминологии колдовского сообщества — ментального. Но он не мог визуализировать то, о чём лишь смутно догадывался. Ему требовалась зацепка, как тогда, когда он искал ба Арны.
Тела ба — ни живого, ни мёртвого — в комнате точно не было, в этом Тихо не сомневался. Поискать его след в прошлом? Слишком примитивный отпечаток, он мгновенно бы утонул в фоновом шуме ментального слепка. Да и в прошлом ли дело? Что-то беспокоило Тихо здесь и сейчас, он что-то наблюдал — и не осознавал. Могло ли ба, попав в этот дом, в эту комнату, войти в резонанс с полем Врат и породить какой-нибудь фантом? Теория подобное допускала. Теория вообще много чего допускала, когда дело касалось Врат и их влияния на живых существ, особенно по природе своей высокочувствительных к ментальному.
Тихо коснулся ключа, висевшего у него на груди. Металл оказался тёплым; не горячим, но всё же теплее кожи, на которой он покоился — наглядное свидетельство влияния Врат. Гипотеза складывалась такая: ба (одно, а может и три сразу) попало в дом, какое-то время пробыло в нём и либо убежало дальше, в поисках носителей и пищи, либо изменилось под воздействием Врат. Выяснять, как именно, в задачу Тихо не входило; да ему бы и не хватило знаний. И мотивации. У него под рукой была Галит (силуэт которой он в данный момент наблюдал сквозь два окна: одно треснутое, с грязным стеклом, другое дружелюбно распахнутое — в собственной библиотеке), пусть она и занимается. А его дело маленькое: в качестве аборигена-проводника направить её на нужный след.
Покидая пыльный дом, Тихо не мог отделаться от ощущения, что он выбирается из старого, никому уже не нужного склепа. И, как и полагалось вернувшемуся из царства теней, он направился в локальный центр жизни. Ба необходимы питание и носители. Двое нашли Арну и библиотеку, оставшиеся трое вынуждены были искать дальше. Ильген полнился людьми с высоким уровнем ментального сродства, да и ба сбежали в воскресенье, ближе к вечеру очень жаркого дня, когда мало кто сидит дома. Тихо жил на относительно оживлённой улице, а вот большую часть соседнего квартала занимал сквер; в вечер побега там наверняка собралось немало народу.