Её младший брат с шумом втянул носом воздух, сильно задетый последними словами.
- Вот ты какого обо мне мнения? – глухо произнёс он. – Рад, что ты наконец открылась. Уж прости, что я не таким гением уродился, как ты.
- Мне жаль, что я обидела тебя, - ответила Элайна, и в её напряжённом голосе отчётливо слышались усталость и досада. – Но в этом виноват только ты сам. Если ты не желаешь вести себя, как разумный, взрослый человек, то мирись с тем, что к тебе как к таковому и не относятся.
Последовала ещё одна пауза, и затем – раздражённое фырканье.
- Блеск, - оскорблённо выпалил Мартин, после чего до слуха Мирэлла донеслись его удаляющиеся шаги.
Элайна и Реджинальд остались стоять на балконе в угрюмом молчании.
- Зря ты ему это сказала, - наконец, упрекнул Эмберхилл.
- Ему восемнадцать, а не восемь, - непреклонно отрезала его сестра. – Пусть уже повзрослеет.
- Ты же знаешь, ему тяжело приходится, - напомнил тот. – Мартин не одарен искрой создателя, как ты или я… или Стармонт. Ему с детства приходилось с трудом добиваться того, что нам давалось с лёгкостью.
- Пусть он и не наделен даром творить, но он не глуп и не беспомощен, - парировала Элайна. – Отец много требует от него и излишне строг, но он прав. Если дать Мартину волю, он будет круглыми сутками жалеть себя, а это непростительное расточительство, с его-то потенциалом.
- И ты выбрала такой «тактичный» способ ему об этом сообщить, - ядовито оценил Реджинальд.
- Твоё попустительство только портит его, - с упрёком заметила Элайна. - Хватит с ним нянчиться, иначе он так никогда не научится думать своей головой. Он и так вечно повторяет то за отцом, то за тобой, - она помедлила, а когда заговорила снова, голос её звучал с нежной грустью: - Помнишь, до четырёх лет у Мартина была та забавная особенность? Он не мог подняться, если падал на пол, и валялся как парализованный, пока его не ставили на ноги? Мама тогда ещё в шутку звала его стрижонком.
Реджинальд мягко засмеялся.
- Припоминаю…
- Глядя на него сейчас, я понимаю, что нужно было назвать его попугаем.
- Очень смешно.
Между ними на время воцарилась тишина куда более мирная, чем до этого.
- Знаешь, почему отец с тобой не может совладать? - наконец подал голос Эмберхилл. – Вы слишком похожи. Ему должно быть сложно подолгу выдерживать пикировки с собственным отражением.
- Вот ещё глупости какие, - фыркнула Элайна. – Ни капли я на него не похожа.
- Да. Именно это он мне на днях и сказал, - насмешливо хмыкнул её брат. – Практически теми же словами. Даже тон тот же.
- Отстань, Редж, - в голосе Элайны недовольство причудливо смешалось с иронией. - Иди лучше ловить Мартина, пока он не уничтожил от горя и обиды все запасы вина в доме.
- Это неосуществимо. У нас бездонные подвалы с вином.
- Скажи это нашему излишне увлекающемуся брату. При должном вдохновении он способен творить невозможное…
- Ты надолго ещё тут задержишься?
- Нет.
Реджинальд помедлил, словно ожидая, что сестра добавит что-то ещё, но та молчала. В итоге он, больше ничего не сказав, оставил её в одиночестве. Мирэлл ждал, когда его жена тоже уйдёт, чтобы окольными путями вернуться в зал и оставить произошедшую ссору родственников только между ними. Но вместо того, чтобы последовать за братом, Элайна, не заметив Мирэлла, подошла к перилам балкона. Облокотившись на них локтями, она некоторое время разглядывала сад, пребывая в своих мыслях, пока наконец не обернулась, увидев мужа. Их взгляды встретились. На лице Элайны за долю секунды отразилась самая разнообразная гамма чувств: от удивления и растерянности до стыда и беспомощной обречённости. Сам Мирэлл, должно быть, выглядел как пробравшийся в дом вор, но очень старался казаться невозмутимым.
- Привет, - тихо сказал он.
- Привет, - эхом отозвалась Элайна и, помедлив, подошла к нему, присев рядом на скамью. – Так, хм, ты был тут всё время?
- Ага.
- И, должно быть, бессмысленно спрашивать, всё ли ты успел услышать.
- Бессмысленно, - согласился Мирэлл.
- Прости.
- За что?
- Ну, - она нервно постучала себя указательным пальцем по кончику носа. – Для начала за моих братьев-балбесов. Я не знаю, как заставить их вести себя прилично.
- Просто забудь, - предложил он. – Всё, что они говорят и думают, меня не беспокоит. Я женат на тебе, а не на них.
Это заставило её коротко рассмеяться.
- Вот была бы умора, будь ты женат на них, - шутливо сказала Элайна, взяв мужа под руку и положив голову ему на плечо. – Их возмущённый крик стоял бы от земли до небес круглые сутки.