Габриэлла разлила чай по кружкам и, вернувшись в комнату, протянула одну напарнику.
- Ты сам-то цел?
- Да, - тот молча забрал чашку и хмуро в неё уставился. - Наше оружие вполне сносно работает на этих тварях, - он раздражённо цокнул языком. - Но всё это неправильно. Не знаю, кто стоит за этим.
«Например, какой-нибудь красноглазый демон, о котором никто кроме тебя не знает, а должен бы», - с упрёком напомнил внутренний голос.
- Почему ты так уверен, что кто-то делает это намеренно? – не зная, кого именно пытается сейчас убедить, Габриэлла села на кровать, поджав под себя одну ногу. – Возможно, что-то изменилось в промежуточном изменении?
- Пусть так, но ни одна тень не способна принять физическую форму, на то они и тени. Кто-то сознательно изменяет их, - он помедлил, постукивая пальцами по чашке. - И ты с этим связана.
- Я?!
- Оба происшествия случились в непосредственной близости от тебя. В обоих случаях ты могла погибнуть, - он помолчал, смерив собеседницу тяжелым взглядом. – И в обоих случаях необъяснимым образом спаслась.
- Мне кажется, рано судить о подобном, основываясь всего на двух случайностях, - осторожно заметила Габриэлла.
- Случайностях? – процедил Феликс, в его глазах вспыхнуло негодование. – Кто-то сегодня вытащил тебя из-под обломков и принёс сюда. Кто-то оказался в том поезде и убил зверя, прежде чем он успел разорвать тебя на куски. И ты мне говоришь о случайностях? Я собственными глазами видел, как тебя завалило, но взгляни! - он махнул рукой в её сторону: - на тебе ни царапины!
- Ну извини уж…
- И давай не будем даже вспоминать, что с того случая в метро ты ведешь себя странно.
- Ничего подобного! Я просто…
- Просто что? Устала? Испугалась?
- Я…
- Что ты скрываешь от меня, Бертран?
Габриэлла почувствовала, что начинает злиться. Феликс был с ней с самого первого дня перерождения и за прошедшие годы стал для неё не просто напарником. Он был старшим товарищем, наставником, защитником и другом. Тем, к кому она всегда прислушивалась и кому доверяла. За десять лет знакомства она успела привыкнуть к его вспыльчивому темпераменту и ворчанию, зная, что успокаивается Эмери так же быстро, как и вскипает, стоит лишь переждать шторм и дать ему выговориться. На все выпады напарника она реагировала спокойной иронией и уж точно никогда прежде не испытывала потребности затевать серьёзных споров. Зачастую Габриэлла уступчиво принимала точку зрения Феликса, даже если мысленно не всегда с ним соглашалась. Но в это мгновение всё в ней воспротивилось его словам, и привычное миролюбие вдруг дало сбой.
- Хватит на меня кричать, - сердито процедила она, сама удивляясь тому, как резко прозвучал её голос. – Я понимаю не больше твоего. Хочешь разобраться, что творится, так иди в лабораторию и ори на медиков. Или я виновата просто в том, что осталась жива?
- Я этого не говорил, - опешив от внезапной вспышки раздражения, пробормотал Феликс.
- Ну тогда о чём мы тут с тобой разговариваем? По-твоему, я укрываю преступника, учинившего все эти бедствия?
«А ведь, возможно, так и есть», - глумливо шепнул внутренний голос, только ещё больше разозлив её. Габриэлла хладнокровно проигнорировала доводы совести, отказываясь верить, что Алистер причастен к происходящему.
Феликса, впрочем, её отповедь немного остудила. Виновато моргнув, он прочистил горло, соображая, как разрядить обстановку. Габриэлла, поджав губы, ждала извинений, но в голову напарника пришли совсем иные мысли.
- Пойми, всё очень серьёзно, - через силу выдавил он, стараясь говорить спокойно, что ему в принципе было несвойственно. - Если… если кто-то морочит тебе голову или угрожает, я должен знать. Не скрывай от меня ничего.
Слушая его сбивчивую речь, Габриэлла с подозрением сузила серо-зелёные глаза. Феликс что-то знал… что-то подозревал. Ему либо было известно об Алистере, либо он говорил о ком-то другом, предполагая, что этот загадочный «некто» её преследует. Очень любопытно. И непонятно.
- Ты ведь кого-то подозреваешь, - в лоб заявила она. – Это же не пространные домыслы, так? Ты догадываешься, кто мог устроить те нападения, и теперь думаешь, что он со мной как-то связан. Я права?
- Я понятия не имею, кто мог сотворить такое! – мгновенно вскинулся Феликс. – Я говорю лишь о том, что вижу. Ты ведешь себя подозрительно.
- Ты так скоро договоришься до того, что это я создаю тех тварей, - угрюмо заметила Габриэлла.
- Откуда мне знать? - Эмери враждебно ощетинился. - Может, так оно и есть. Ты скрываешь от меня нечто важное, Бертран.
Растущее в душе чувство вины за собственные недомолвки схлестнулось со злостью на Феликса за неустанные попытки заставить её поступать и думать так, как хочет он сам. Злость разгромила и уничтожила жалкие остатки терпения.