- И что с того? – безразлично хмыкнул демон. – Все когда-нибудь умирают.
- Но не так! – подавшись вперед, с жаром выдохнула Габриэлла. – Не когда я могу это предотвратить.
- Однако ты не можешь, - тихо постукивая когтем по экрану её телефона, заметил Алистер. – У тебя для этого недостаточно сил.
- Поэтому я собираюсь вызвать охотников, - всё ещё не понимая, почему она вообще должна втолковывать столь очевидные вещи, процедила Габриэлла.
- И что будет потом? – поинтересовался собеседник. – Сюда заявится отряд спасателей, разведёт балаган и нарушит все твои планы – и всё это только ради того, чтобы убить одну единственную тень. Что это изменит?
- Одна жизнь будет спасена. На одну тень станет меньше.
- Их тысячи, радость моя, - он склонил голову к плечу, расплываясь в змеиной усмешке. - Скажи, ты когда-нибудь задумывалась о том, насколько бессмысленно то, чем ты занимаешься?
- Но я должна…
- Кому?
- Что?
- Кому ты это должна?
Габриэлла в безмолвном ступоре смотрела на Алистера, чувствуя, как дрожит рука, в которой она сжимала телефон. Первым воспоминанием после перерождения стал Зал Посвящения, где она очнулась, лишённая памяти о прошлой жизни и даже не знающая собственного имени, и встреча с Феликсом и Жаклин. Они рассказали ей о тенях и стражах, объяснили цель её новой жизни и важность этой миссии. После этого она просто следовала указаниям и училась сражаться, не задавая вопросов и не сомневаясь в смысле собственного существования. Не задумываясь, должна ли она это делать.
Как он мог? Как мог вот так просто заявить, что всё это не имеет смысла? Что она не должна этого делать? Что ничего не изменится? Как он мог просто взять и поставить под сомнение весь смысл её жизни?
И что за гадкое чувство шевельнулось в сердце, отбрасывая чернильную тень сомнения на то, во что Габриэлла всегда искренне верила?
- Если бы все стражи рассуждали как ты, некому было бы бороться с тенями, - сузив глаза, прошипела она, ощущая, как следом за растерянностью и обидой приходит жгучее негодование. – Мне дана новая жизнь, чтобы поддерживать баланс в этом мире. Чтобы оберегать его от разрушения. И ты сейчас предлагаешь мне закрыть глаза, заткнуть уши и притвориться, что я никому ничего не должна?! - она резко отдернула руку в которой держала телефон, собираясь позвонить Феликсу. - Если для тебя все стражи — это просто сборище клоунов, сражающихся с ветряными мельницами, а за мной ты увязался, просто чтобы заморочить мне голову и взглянуть, как рухнет этот карточный домик из моих убеждений и идеалов, то катился бы ты туда, откуда пришёл.
Габриэлле могло показаться, но на одно короткое мгновение ей померещился проблеск удивления в алых глазах, которое, впрочем, быстро сменилось упоённым торжеством. Алистер словно был рад её вспышке гнева. Ждал её. Улыбка демона стала шире. Внезапно он молниеносным движением выхватил телефон из рук Габриэллы и плавно поднялся на ноги, бросив трубку на сиденье.
- Должен признать, ты умеешь быть убедительной, ангел мой, - довольно мурлыкнул демон и… исчез.
Габриэлла замерла, озадаченно моргая. В первую секунду она подумала, что он и правда ушёл, но затем ощутила едва уловимое движение воздуха, будто кто-то прошел мимо неё. Кто-то… невидимый. Мысленно ахнув, Габриэлла закрыла глаза, перемещая сознание в промежуточное измерение, чтобы убедиться в собственных подозрениях. И когда её со всех сторон обступил серый сумрак, а очертания вагона поблёкли и потеряли чёткость, она осознала, что, кажется, очень многого не знала о демонах. Алистер был там. Похожий на стремительную алую вспышку, он атаковал тень с такой невероятной скоростью и силой, что та даже не успела его заметить. Алистеру потребовалась всего пара секунд, чтобы разорвать связь между тенью и жертвой, и ещё секунда – чтобы одним ударом увенчанной когтями руки обратить потустороннюю сущность в облако рассыпающегося пепла.
Габриэлла забыла, как дышать. Она продолжала стоять на месте, глядя на силуэт Алистера. В этот миг он и сам казался ей частью этого измерения: когти на перчатках и его волосы были будто сотканы из плотного тумана, а края брусничного сюртука плавно покачивались, словно демон находился под водой. Почувствовав на себе взгляд, Алистер обратил к ней мертвенно-бледное лицо, растянув губы в хищной усмешке. Габриэлла едва успела моргнуть, как демон уже оказался в шаге от неё, склонившись в шутливом полупоклоне. Рубиновые глаза пылали потусторонним огнём и жестоким, диким восторгом, но Габриэлла не могла оторвать от него взора, напуганная и заворожённая одновременно.
«Да кто же ты такой?»
Она не успела озвучить свои мысли. Алистер протянул руку, обхватывая её запястье холодными как лёд пальцами, и в следующий миг они оба вернулись в материальный мир. Габриэлла продолжала сидеть на сиденье, во все глаза глядя на демона напротив. Вокруг слышались голоса и негромкий смех пассажиров, мерный стук колес и негромкая музыка из колонок вагона. Тень исчезла, и давящее, удушающее чувство сгинуло вместе с ней. Остался только ошеломлённый ступор и почти абсурдное желание рассмеяться.