- Ты только что спас человека, - тихо заключила она.
- Вполне возможно.
Она медленно отвела взгляд, обернувшись на заражённого. Его глаза были обычного карего цвета, на лице появились первые признаки осознанности, будто он проснулся от мучительно долгого кошмара и только теперь с облегчением осознал, что всё это ему лишь приснилось.
- Нет, определённо спас.
Габриэлла вновь воззрилась на Алистера и, поддавшись непонятному порыву, коснулась кончиками пальцев его щеки, будто желая убедиться, что он настоящий и материальный. Демон изогнул губы в ироничной полуулыбке, но в глубине алых глаз скользнуло что-то, отдалённо напоминающее мягкость. Осознав наконец, что творит, Габриэлла чуть отстранилась, опуская руку. Что она вообще удумала, так бесцеремонно хватая кого-то за лицо? Отгоняя непрошеное смущение, она негромко кашлянула и шутливо сощурила глаза.
- Мне теперь даже как-то неспокойно. Ты же хорошее дело сделал… вдруг тебя теперь совесть замучает? - поддразнила она.
- Габби, дорогая, ну о чём ты? – вторя её ироничному тону, пропел Алистер. - У меня нет совести.
- Тогда превратишься в жабу? – продолжила она. – Вдруг вам, демонам, нельзя творить добрые дела?
- Почему нельзя?
- Ну не знаю, - она сделала вид, что задумалась. - Ты до этого так реагировал, словно это для тебя смерти подобно.
- Быть добрым скучно, - он скривился в демонстративной брезгливости.
Габриэлла наконец рассмеялась, чувствуя, как её покидают остатки напряжения и страха.
- Жаль, что ты такой злодей, - отсмеявшись, посетовала она, качнув головой. – Из тебя бы вышел отличный охотник. Никогда не видела, чтобы кто-то настолько эффективно расправлялся с тенью.
- Ангел мой, ваша работа слишком тоскливая, - продолжал развлекаться демон. - Если бы я присоединился к доблестному воинству стражей, то от скуки в первый же день отправился в потустороннее измерение и перебил там всех теней.
- Не смог бы, - насмешливо сообщила Габриэлла, напустив на себя всезнающий вид. – Тени обретают форму, только когда кормятся. В остальное время они являются частью потустороннего измерения, как рыбы, плавающие в пучинах мутного озера. Пока не поймаешь на крючок, не вытащишь.
Алистер с улыбкой склонил голову к плечу, в его глазах замерцали лукавые искры.
- Любопытная аналогия, - признал он, неторопливо постукивая когтем по щеке. – Думала ли ты когда-нибудь о том, что в этой сказке про рыбку драгоценные люди, которых вы так отчаянно защищаете, являются наживкой?
Габриэлла озадачено затихла. Авторство метафоры принадлежало Феликсу, объяснявшему ей устройство потустороннего измерения, и до этого ей никогда не приходил в голову неприятный нюанс, кроющийся между строк. Интересно, задумывался ли Феликс о том, что для стражей люди – всё равно что наживка для рыбака. Для собственного душевного равновесия она надеялась, что нет.
Мысли о напарнике внезапно напомнили о собственных обязанностях. Габриэлла подняла с соседнего сидения свой телефон и угрюмо уставилась на погасший экран. Ей всё ещё следовало заявить о тени… или не стоило?
- Что изменится от того, что ты им сейчас позвонишь? – словно читая её мысли, полюбопытствовал Алистер. – И главное, как ты объяснишь, куда она делась? Скажешь, что сама уничтожила тень высокого уровня?
Габриэлла вымученно скривилась.
- Но нужно доложить…
- Для чего?
- Для статистики.
- Что она даёт?
- Мы ведем учёт уничтоженных нами теней.
- Эту уничтожили не вы, - ехидно напомнил Алистер. – И, если уж мы заговорили о сборе данных, другие демоны иногда тоже убивают теней. Этих вы тоже считаете?
- Эм… ну…нет.
- То есть ваша статистика учитывает не всех убитых?
- Если посмотреть с такой точки зрения, то… да? – Габриэлла досадливо закусила губу, чувствуя себя глупо.
- Вот и считай, что в статистику стражей эта тень всё равно бы не попала.
Алистер красноречиво глянул на телефон, и Бертран, смирившись с такой аргументацией, убрала трубку в карман, мысленно извинившись перед коллегами.
- Ты злобное порождение хаоса, - проворчала она.
- Спасибо, душа моя.
***
Их путешествие по городам и небольшим деревушкам, где останавливался экспресс, продлилось ещё четыре дня. Вполне мирный досуг сопровождался шутливыми, малосодержательными беседами, посещением выставок, музеев и исторических сооружений. Большую часть времени Алистер покорно следовал за Габриэллой, сопровождая её везде, куда бы она ни захотела отправиться. Но несколько раз он перехватывал инициативу, чтобы показать какое-то необычное строение или живописный уголок, выбирая поистине интересные места для посещения, после чего с пристальным вниманием наблюдал за ней, словно только это его и заботило. Возможно, не имея способности распознавать красоту окружающего мира, он пытался черпать эти эмоции из её реакций… или ему просто нравилось удивлять её. Так или иначе, подобные жесты с его стороны отзывались в душе необъяснимой радостью, когда она находила в его безграничном равнодушии новую искру живого интереса.