- На самом деле это я ей служу, - прозвучал спокойный голос Алистера.
Изумлённое безмолвие, воцарившееся в приёмной после этих слов, было таким плотным, что казалось, его можно потрогать. Габриэлла встретилась взглядом со своим спутником, мысленно вопрошая, что он вообще несёт; тот ответил ей безмятежной улыбкой и лукавым мерцанием алых глаз.
- Чего? – наконец выходя из ступора, каркнул Луи.
- Она нашла мою слабость, и теперь я ей подчиняюсь, - Алистер заявил это так убедительно, что наблюдательница и сама едва ему не поверила.
- И что это за слабость? – оживился барон, обращаясь к ней.
- Луи-Луи, - от смеха Алистера за милю веяло могильным холодом, - ты ведь понимаешь, что, как только она расскажет, мне тут же придётся тебя убить? И всех в этой комнате заодно.
Жеркли нервно сглотнул и покосился на входную дверь, прикидывая свои шансы на побег; Риса поудобнее перехватила сабли, переводя настороженный взгляд с одного посетителя на другого. Луиджи понимающе прочистил горло.
- Её ты тоже потом убьёшь? – уточнил он.
- Определенно нет, - просиял Алистер. - Согласно условиям сделки она неприкасаемая.
- О, - барон опустил руки, в которых держал стилеты, и с отрывистым смешком тряхнул головой. – Я даже не знаю, кто из вас двоих более незадачливый псих: ты или эта барышня. – Сунув оружие в рукава пиджака, он выпрямился, поправив галстук. – Ну ладно. Так и что вам от меня надо?
Глава 15. Стук раздался из-за двери, а за дверью только звери
В день Зимнего праздника с самого утра за окном, не переставая, крупными хлопьями валил снег. Элайна ворчала, блуждая по дому как привидение: она обнаружила, что планы выгулять новую шляпку провалились и теперь придётся надеть манто с капюшоном. А под манто следовало подбирать другое платье и причёску. Мирэлл, расположившись за столом в гостиной, помалкивал, пока жена ходила из комнаты в комнату, открывала шкафы, перебирала что-то в ящиках, недовольно фыркала и чем-то шуршала. Времени до выхода ещё было предостаточно, поэтому он не торопил супругу, позволяя той вдоволь навздыхаться. Обложившись инструментами, он умиротворённо копался в механизме карманных часов, найденных в подвале. Пытаясь расшевелить заржавевшие шестерёнки, он так увлёкся, что не сразу заметил, когда шаги и ворчание стихли. Через пятнадцать минут Элайна, одетая в элегантное бледно-розовое платье, появилась в дверях гостиной, в мрачной задумчивости натягивая на руки белые перчатки. Её золотистые волосы были собраны в гладкую прическу и скручены в тугой, низкий пучок, закреплённый гребнем с кленовыми листьями. Мирэлл отложил отвёртку и улыбнулся, любуясь женой.
- Думаю, мне стоит извиниться, - сказала Элайна, подходя ближе и, заметив, как супруг недоумённо моргнул, пояснила: - Я всё утро веду себя просто ужасно.
- Да? А я и не заметил.
- Мирэлл, - она вздохнула. – Я серьёзно.
- Элли, чтобы я мог классифицировать твоё поведение как ужасное, тебе пришлось бы убить кого-нибудь. Остальное в твоём исполнении выглядит скорее как очаровательное чудачество, нежели как что-то предосудительное.
- Ну и шутки у тебя, - удивлённо качая головой, прокомментировала она.
- Я вполне серьёзен, - заверил тот. – Тебе не за что извиняться. Я знаю, что ты устала от безделья.
Она иронично сузила глаза.
- Мы целыми днями чем-то заняты.
- Да, но не тем, что на самом деле занимает твои мысли, - поднявшись на ноги, Мирэлл обошёл стол, останавливаясь напротив жены. – Признайся, ты мечтаешь поскорее покончить со светскими обязанностями и засесть за свои картины.
- Наши картины, - поправила она.
- Наши, - согласился он, привлекая её к себе. – Честно тебе признаюсь, я тоже жду, когда праздники закончатся.
Элайна положила голову ему на плечо, обнимая за шею.
- Может быть, не поедем никуда? – в её голосе зазвучали лукавые нотки. – Никто и не заметит нашего отсутствия.
- Думаю, будет сложно не заметить пару пустующих стульев за столом губернатора, - напомнил Мирэлл, мягко поцеловав её в макушку. – Учитывая, что все знают, кто именно там должен сидеть.
- Ты прав.
Она со вздохом отстранилась, критически оглядев мужа с ног до головы, потом поправила его пиджак и шейный платок, убедилась, что непокорные каштановые волосы не торчат во все стороны, как это обычно бывало, и удовлетворённо кивнула.
- Я говорил, что ты потрясающе выглядишь?
- Нет, - она выжидательно изогнула брови. – Говори скорее!
- Ты прекрасна.
- В твоём голосе слишком мало восхищения. Ещё, пожалуйста.
Мирэлл негромко рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать жену, когда прозвучал звук колокольчика у калитки на улице. Супруги одновременно обернулись к окну, за которым их уже дожидался губернаторский дилижанс.