Эта мысль его утешила, выпрямила мир под затекшими ногами. Снова стерев пот со лба, он начал озираться, ища Покорителя Авальта и его свору вестовых, лакеев и так называемых советников. Военные — гадость необходимая, пусть и наделенная всеми видами наследственных пороков. Вложи хоть кому меч в руку, дай несколько тысяч солдат, стоящих за плечами — и рано или поздно острие меча коснется затылка человека вроде Ревы. Канцлер скривился, напоминая себя, что Авальта нужно держать на коротком поводке, хотя поддерживать паутину взаимных выгод все сложнее.
Вокруг него разливалась болкандийская гвардия, отыскивая удобные места по сторонам дороги. Мычали волы, стремясь к сочной траве, где-то за толпой визжали свиньи. В воздухе завоняло человеческим потом, скотской мочой, навозом. Хуже чем в лагере торговцев — драсильянов.
Вскоре Реве удалось заметить знак Авальта — в двух сотнях шагов вниз по тракту. Он подозвал одного из слуг, указал на развевающийся штандарт: — Я желаю переговорить с Покорителем. Приведи его.
Старик скрылся в толпе.
Армия устала и слишком медленно разбивала лагерь, хотя две трети дня уже минули. Насколько мог судить канцлер, Авальт остановил всю колонну. Рева вытянул шею, но так и не сумел разглядеть легионы Напасти. Где-то далеко впереди, летят с тупым усердием мельничных жерновов — надо было все же устроить им засаду, какая армия сможет сражаться после такой гонки? Идут в полных доспехах, только без щитов, если верить донесениям. Смехотворно.
Через некоторое время он увидел, как толпа заволновалась; фигуры торопливо разбегались в стороны, и вскоре показался Покоритель Авальт. На его лице была непривычная ухмылка. Злобный взгляд потряс Реву.
Едва он раскрыл рот, Авальт подскочил ближе и прошипел: — Думаете, я существую чтобы прибегать по каждому вашему зову, Канцлер? Если вы еще не заметили, вся треклятая армия разлагается. У меня уже офицеры дезертируют, клянусь двадцатью ранами Беллата. А вам чего нужно? Очередного обмена любезностями и утешениями?
Глаза Ревы сузились. — Осторожнее, Покоритель. Будьте уверены, я призвал вас по серьезной причине. Я требую введения в курс дел, ибо, как сами могли бы заметить, мои носильщики не успевали за ходом вашего авангарда. Вы остановили всю армию и я желаю знать, почему.
Авальд моргнул, как будто недоумевая. — Вы что, не слушали меня, Рева? Половина легионов едва способны идти, у них подметки отваливаются. Края нагрудных пластин врезались в тело, потому что мастера не позаботились смягчить кожу. Подстилки гниют, едва отсыреют. Половина припасов оказалась негодной. У нас нет соли. Если этого недостаточно, добавлю: мы отстали от Напасти не меньше чем на пять лиг, а что до армии, оставленной их встречать… один из гонцов выжил и смог сообщить, что хундрилы Горячих Слез три дня назад были в семи лигах от нашей столицы. Теперь, — добавил он, фыркнув, — сколько же еще смелых допущений мы сделали в прошлом? Скоро ли нас ожидает полный крах? — Он указал на паланкин закованной в перчатку рукой: — Залезайте назад, Канцлер, и предоставьте мне заниматься делом…
— Делом, с которым вы не справляетесь, — бросил канцлер.
— Требуете моей отставки? Получите. Берите все, что захотите, Канцлер. Я уеду в горы и прибьюсь к бандитам. Они хотя бы не претендуют, будто мир движется по взмаху их руки.
— Спокойнее, Покоритель. Вы явно переутомились. Я не желаю принимать груз вашей ответственности. Я ведь вовсе не человек войны. Итак, отставка отвергнута. Восстановите армию, Авальт. Вам дается столько времени, сколько потребуется. Если оставленная армия исчезла, значит, ушла навстречу хундрилам. Наверно, ситуация потребовала вмешательства. К тому же мы вряд ли сможем повлиять на то, что происходит у них, верно?
— Склонен полагать, у нас слишком много своих забот, Канцлер. Как думаете?
— Вернитесь к командованию, Покоритель. Мы сможем поговорить, оказавшись в безопасности дворца. «И там я смогу научить тебя, кто тут кому служит».
Авальт смотрел на него достаточно долго, чтобы показать полное неуважение. Затем отвернулся и пошел к войскам.
Рева дождался, пока он не исчезнет в толпе, и подозвал слугу, по глупости оказавшегося в десятке шагов и выслушавшего всю беседу. — Найди нам место для лагеря. Поставьте шатер — тот, что поменьше, сегодня ночью мне понадобится мало людей, не больше двадцати. Найдите в обозе еще женщин, и не из драсильяни, их невнимательность мне надоела. Давай быстрее. И принеси вина!