Королева протянула к огню озябшие пальцы:
– Но ведь она жива?..
Убийца болезненно поморщился:
– Для нас уже нет. Не беспокойтесь, быть забытым – это не больно, вы даже не почувствуете, как однажды вас просто не станет. Ваши воспоминания и чувства уже уходят, скоро сотрутся черты лица, предметы одежды, вот этот чудесный зал, портреты, кубки, щиты и мечи, золотые кисти на портьерах, небо в окнах, замок и крепостная стена, леса, деревни, линия горизонта. Я видел это сам и я слышал много подобных историй.
– И что же, – Король всё так же исподлобья наблюдал за незваным гостем, – нет никакого способа защитить Королевство от такой напасти?
– Вернуть Автора. Но, увы, в её реальности используются незнакомые нам магические средства и яды, мне не удалось прорваться через Завесу. Вы можете попытаться, но не думаю, что Вам станет интересно вновь запускать Сюжет, в ходе которого Вам ударят в спину кинжалом.
– Если это вернёт жизнь всему Королевству…
***
За окнами наглухо запечатанного пластиково-белого кабинета бушевал июньский полдень: ярко-салатовыми пятнами плескалась листва берёз на фоне безупречной лазури, надрывно чирикали воробьи, раскачивались тяжёлые от вчерашнего дождя розовые головы пионов, ярко-жёлтое такси нетерпеливо сигналило у подъезда дома напротив. Там, снаружи, ветер носил древесную пыльцу и запахи липы, спутывал волосы, вздымал шифоновые платья девушек… Здесь же, в клинике, царило кристальное спокойствие. Беззвучные часы в алюминиевой оправе, стеклянные шкафы и полки, белоснежные стулья, остро отточенные карандаши на столе доктора – всё являло собой торжество покоя и порядка, но всякий раз, переступая порог кабинета, она испытывала страх. Всякий раз ей казалось, что, входя, она оставляет за спиной частичку самой жизни, а выходя обратно, не может её отыскать. И частичек с каждым разом становится меньше и меньше, и необходимо сказать об этом доктору, но не хватает решимости, не хватает духа. Быть может, сегодня. Да, сегодня. Она выпрямилась на стуле, несмотря на озноб. Он вошёл, приветливо улыбаясь ей:
– Анна Сергеевна, выглядите прекрасно! И у меня прекрасные новости: вы идёте на поправку, да-да, никаких сомнений!
Она судорожно вдохнула кондиционированный воздух, и он скомкался у неё в груди вместе со словами. Сказать, но…как? Доктор удовлетворённо кивал, перелистывая её историю болезни. В стёклах его дорогих очков отражались лучи люминесцентных ламп.
– Вас больше не беспокоят те сны? Небо, как вы сказали в прошлый раз, крысиного цвета?
Анна вздрогнула:
– Облака цвета волчьей шкуры. Старой волчьей шкуры.
– Ах, ну да. Шкуры. Застывший мир, покрытый пеплом.
– Пылью забвения, – она нервно улыбнулась.
– Вы умница, моя дорогая, – сочувствующий взгляд за глянцевыми полусферами заставил её опустить глаза. – Думаю, теперь я могу отпустить вас до конца лета. Продолжайте принимать препараты по нашей обычной схеме, и, разумеется, почаще улыбайтесь. Вам очень к лицу улыбка!
– Спасибо. Большое спасибо, доктор.
Она бежала прочь от мертвенно-белого халата, от идеальных, в квадратиках итальянской плитки, стен, от бесшумной, крадущей минуты из жизни, стрелки часов, от истории своей загадочной болезни в светло-серой папке. Бежала, пока старый парк, утопающий в свежей зелени, не принял её в свои объятия, пока не увидела знакомый изгиб мостика и своё растрёпанное отражение в пруду.
– Вы ошибаетесь, доктор, – сбивчиво, сквозь надрывное биение сердца прошептала она тёмной воде, – я умираю, доктор. От меня осталась только двухмерная тень, только пустая оболочка, серая и мёртвая, заполненная пылью. Пылью забвения. Я исчезаю. Мои миры, – то, что наполняло меня с самого детства, – мои миры истончаются и тают, а я вместе с ними. Всё живое уходит, а вы, доктор, называете это прогрессом! Успешным лечением! Правильно подобранной терапией! Вы так ошибаетесь…
***
Когда занавески шевельнулись вновь, Анна Сергеевна отчётливо различила на их фоне знакомый силуэт. Убийца склонил голову:
– Вы позвали меня попрощаться?
– Полагаю, да, – её голос дрогнул в ночной тишине. Она села на кровати. – Подойди.
– Король пытался пройти через Завесу. Размахивал мечом, грозился убить Доктора. Он пьян. Королева спит… А здесь так тепло, здесь всегда тепло?
– Нет. Это просто лето. Как и у вас. Октябрь, ноябрь, потом зима, весна, затем лето…