Он сводит брови вместе и кривит губы.
— Нет, с чего бы это?
— Вот именно. Мммм. Может с того, что тебе по кайфу заставлять меня делать отвратительные вещи.
Боже мой. Это правда вырвалось из моего рта? Пока я прокручиваю у себя в голове сказанное, его глаза искрятся смехом, а губы растягиваются в понимающей и озорной улыбке, и мне не трудно определить, что он пытается и не в состоянии скрыть свою реакцию на мои слова и на то, что они под собой подразумевают.
Такое чувство, что меня только что оглушили подушкой. Потому что… пуф. Что-то взорвалось и разлетелось над моей головой. Перья? Клетки головного мозга? Понятия не имею.
Мав + сексуальная улыбка = мой мозг официально в отключке.
Он наклоняется ко мне, и я понимаю, что три фута стали двумя, а затем одним. Его взгляд возвращается к моему лицу, и его глаза фокусируются на моих губах. Когда он хватает за верхнюю часть пакета, наши пальцы соприкасаются. Моё тело опаляет жаром, который разносится по всем моим конечностям.
Он опускает глаза и смотрит на наши руки. Ум, да. Он прямо передо мной. Меня окружает его запах. Я цепляюсь за аромат его мыла и одеколона, стараясь игнорировать запах табака. Я наблюдаю за движением мышц на его плече и шее, когда он тянет пакет к себе. Он снова поднимает на меня свой взгляд. Его челюсть… его губы… прямо… передо мной…
Я превращаюсь в статую. Только вот я чувствую потребность облизать свои губы, потому что они чересчур сухие. Опаленные.
Его ноздри раздуваются, и секунду спустя он отходит назад и говорит, правда, как-то нечётко. Глазами наблюдаю за тем, как шевелятся его губы, но будь я проклята, если мои уши могут разобрать слова.
— А?
— Я возьму его.
Он забирает пакет из моих рук, все ещё ухмыляясь.
— Оу, точно. Хм… спасибо.
Он выпрямляется, поворачивается и уходит. Я смотрю ему вслед, не в силах отвести взгляд от его фигуры. Мышц на его спине. Его задницы. Прежде, чем повернуть за угол, он в последнюю секунду оборачивается. Наши глаза встречаются, а затем он исчезает из поля моего зрения.
Боже праведный… что это было?
Господи, какая непредсказуемость. Он продолжает раскачиваться, как маятник, взад-вперед, то вспыльчивый, то безразличный, то злой, то как сейчас… почти что милый. От одного к другому.
Это был не Люци, не та сволочь, что будит меня каждое утро, пиная кровать и заставляя меня подпрыгивать на матрасе Дозера.
Думаю, это мог быть проблеск настоящего Мава. Того, кем он был раньше. Но тот ли это парень, которого я видела на фото в его кабинете? И если да, то где он пропадал? И что важнее всего, как я могу заставить его остаться навсегда?
— Эй, где ты ходишь, — раздается голос Лили у меня за спиной. — Я везде тебя искала. Заходи внутрь и посмотри, что я тебе сегодня купила.
Улыбаясь до ушей, она машет мне рукой, призывая зайти в дом.
— Лили, ты ничего не должна мне покупать. Я здесь только на несколько дней.
Её улыбка чуть заметно меркнет.
— Если ты не надумаешь остаться.
Я поворачиваюсь и снова оглядываюсь назад. Убедиться, что Мав не стоит у меня за спиной.
— Этот выбор не зависит от меня. А если бы даже и зависел, я не уверена, что он мне подходит.
Глава 14
Под влиянием страха наши истинные эмоции предают нас.
ЭМБЕР
— Вот дерьмо. Она сбежала, — Таз врывается в главную комнату. Он с таким остервенением дергает на своей голове волосы, что они торчат в разные стороны в виде диких, безумных шипов. Он носится по комнате и глазами сканирует помещение. — Кто-нибудь из вас её видел?
— Проклятье! Я думал, ты починил ту защелку, мужик, — глаза Ригора округляются от страха, и он тут же опускает взгляд на пол и осматривает свои ноги. Он подтягивает ноги вверх и кладет их на перекладину стула.
— Я починил, но… дерьмо… Я не знаю, как ей удалось выбраться, — Таз, похоже, огорчен. Он пересекает комнату, срывает подушки с дивана и бросает их на пол. — Ей нравятся теплые места. В прошлый раз она была именно в таком, — через секунду он обводит всех нас взглядом: — Чё расселись? Поднимайте свои задницы и помогите мне! Она должна быть где-то здесь.
— Без меня, чувак. Я ни за что даже близко к ней не подойду, — выдает Ригор Тазу и заметно вздрагивает при этом.
— Ты будешь делать то, что я, блин, тебе скажу. Или на протяжении следующих трех месяцев я буду объезжать тебя как дешевую шлюху и голосовать за исключение твоей задницы, — рычит Таз.
Ригор неохотно встает и начинает помогать Тазу отодвигать диваны.