Я СТОЮ НАПРОТИВ двери.
Я нахожусь в коридоре. Стены обклеены обгоревшими и облезшими безвкусными обоями с повторяющимся узором домика, окружённого деревьями. Откуда-то сзади я слышу звуки моей жизни. Голоса друзей. Я чувствую на спине солнечный свет, но он так далеко, что не греет. В конце пустого и длинного коридора находится дверь.
Дверь очень старая. Покосившаяся. Пластина ржавого металла под слоями облупившейся краски. Штукатурка, которой когда-то была замазана дверь, лежит кучей у моих ног. Дверь незаперта, ничем не защищена, свободна. Ручка близка ко мне до неприличия.
Открой её, - говорит стоящий рядом Перри. Я пытаюсь взглянуть на него, но он отворачивается, и я вижу только его затылок. - Это твой дом, - говорит он дыркой в черепе, которую я ему проделал. Она похожа на окровавленный беззубый рот. - Когда ты, наконец, войдешь?
Он дёргает дверь и она приоткрывается. Я в ужасе отшатываюсь, ожидая, что оттуда полезут щупальца и вылетит рой саранчи. Но внутри только пыль и тишина. Мигающая лампочка едва освещает темноту. За дверью находится крутая лестница, ведущая вниз.
- Ты долго будешь стоять в коридоре? - говорит он и толкает меня вниз на лестницу.
* * *
–Эй? Р? Ты ещё с нами?
Джули наклоняется надо мной и похлопывает меня по щекам. Я моргаю и сажусь прямо, взгляд мечется.
Что... где...
Ого, - говорит она, отступая назад. - Если ты спишь, то ты спишь.
Все столпились в проходе и смотрят на меня. Кто-то с беспокойством, кто-то с нетерпением. Я выглядываю в окно — мы на земле.
Что случилось? Где мы?
В Хелене, - отвечает Эйбрам. - Нужно кое-что взять.
А Маркусу нужно проблеваться, - говорит Нора, слегка толкая локтем в живот М. Он свирепо смотрит на неё.
Друг за дружкой все начинают выходить. Я встаю, но не иду следом. Я потерял ориентацию в пространстве и не уверен, что это не сон.
–Ты в порядке? Ты же спал, или это был опять твой очередной приступ фуги?
Нет... Я не уверен... - сейчас в самолёте нет никого, кроме нас двоих. - Мы в
Монтане?
Она улыбается.
–Когда ты, наконец, проснешься, то поймёшь, в чём смысл. Пошли. Я смотрю в сторону туалета в хвосте.
–С ними всё хорошо, - говорит она. - Я сказала им, куда мы пошли, и они сказали, что будут здесь.
Они сказали?
Ладно, кивнули.
Она разворачивается, и я иду следом. Голова ещё кружится, но теперь медленнее. Самолёт стоит посередине взлётной полосы, в отдалении от терминала и его возможных жителей, поэтому мы вылазим через грузовой отсек. Узкая лестница между секциями ведёт вниз – в холодный заплесневелый подпольный мир, который я никогда не отваживался исследовать, пока арендовал этот самолёт. Даже не знаю, что по моему мнению там скрывалось, но самым страшным, что я заметил, было несколько пауков.
Утончённый интерьер салона сменяется грубой индустриальной обстановкой
грузового отсека, затем гидравлической рампой, спускающейся к взлётной полосе. Ощущение твёрдой земли под ногами немного успокаивает. Я оглядываюсь на открытую рампу и мне инстинктивно хочется её запереть, будто авиалайнер — это семейный седан, припаркованный в опасном районе.
Но вот только насколько он опасен? В окнах терминала и на полосе не видно никакого движения, только метры побелевшего бетона, пыли и листьев. Наверное, чума не использует этот аэропорт как убежище. Может, это место предназначено для чего-то другого.
Арчи, проснись! - кричит Нора. - Давай, шевелись!
Пока я оборачиваюсь, Эйбрам нажимает на маленький прибор под самолетом.
Рампа поднимается и закрывается со щелчком.
Вход без замка. Как прекрасно осознавать, что мой самолёт обладает всеми преимуществами последних моделей. И то, что я не единственный, кто испытывает тревогу, когда мы направляемся в сторону тихого города.
* * *
Наша группа похожа на оборванный военный взвод — все идут с оружием наготове. М и Эйбрам несут своё оружие как дисциплинированные солдаты, а Нора и Джули держат винтовки вдоль бедра и самоуверенно ими размахивают. Из общей картины выбивается только слепая на один глаз девочка, бредущая позади отца. И, как всегда, я.
Я смотрю на свои руки. Они не трясутся. Мне нужно сказать Эйбраму, что я готов взять пистолет, но не делаю этого.
–Что мы тут делаем? - я шепчу на ухо Джули.
–Видимо, у Эйбрама где-то в городе спрятан транспорт. Они выросли здесь, он и Перри.
Я смотрю на бледный горизонт позади аэропорта. Бесконечные холмы, покрытые пылью цвета ржавчины и жёсткими кустарниками, которые расцарапают ваши ноги как когтями, если вы попытаетесь сбежать из дома в одних плавках...
Я спотыкаюсь. Ботинки шаркают по асфальту. Я потираю лоб и быстро оглядываюсь. Никто на меня не смотрит. Окрестности подёргиваются рябью как мираж или как воспоминания о ночи после хорошей пьянки.
–Значит, это тот самый город, из которого ты пытался сбежать? - спрашивает Эйбрама Нора. - Когда на твою семью напали?
Эйбрам продолжает идти.
–Ты сказал, Перри было пять. Выходит, это было... очень давно?
Ты это к чему?
Нууу... почему ты думаешь, что твои мотоциклы ещё здесь?
Потому что это место не привлекает грабителей.
Когда мы подходим ближе, рябь от жары начинает рассеиваться и город становится чётким.
Чернота.
Вокруг всё чёрное. Скелеты обгоревших до каркасов домов, кирпичи старых зданий, почерневших как брикеты древесного угля. Даже улицы чёрного цвета из-за расплавленной резины и сажи от сотен сгоревших автомобилей. Единственными цветными пятнами остаются трава и виноградные лозы, которые стелются по руинам, питаясь богатым углеродом трупом города.
–Пойдёмте назад, - слышу я свой голос. Джули смотрит на меня через плечо.
–Что?
Нам не стоит здесь находиться. Пойдемте назад.
Мой расстроенный голос привлекает внимание группы, они перестают маршировать и ждут, пока я разберусь.
–Небезопасно, - мямлю я.
Это кучка пепла, - говорит Эйбрам, отряхивая руки. - Здесь нет никого и ничего. Что может быть безопаснее?
Мои глаза блуждают по обугленному пейзажу впереди. Обгорело каждое здание. Даже те дома, которые стоят слишком далеко друг от друга, чтобы огонь мог перекинуться. У огня была цель. Он был с приятелями.
Р, что не так? - спрашивает Джули.
Мне не нравится взгляд, с которым на меня смотрит М. Будто он чувствует.
Понимает. Но он не понимает, и я не понимаю тоже.
–Я не знаю, - говорю я Джули. Я опускаю в пол глаза. - Я не знаю. Эйбрам начинает шагать.
–Нам нужен транспорт, - говорит Джули, касаясь моего плеча. - Мы ничего не найдём, если останемся в небе.
Я киваю.
–Если ты трусишь, - кричит Нора, - представь, что едешь на отпадном Харлее,
ветер развевает твои волосы, позади тебя сидит бабёнка. Мы достанем тебе клёвые солнцезащитные очки и сделаем татуху!
Я жду, что М присоединится к шутке, взъерошит мне волосы и назовёт девчонкой, но он продолжает смотреть на меня с грустью и пониманием. Злость берёт верх над страхом.
–Пошли.
–Мы будем держать ухо востро, - говорит Джули, сжимая моё плечо. - Всё будет хорошо.
Я чувствую прилив отвращения к этому универсальному ответу. Она понятия не имеет, чего я боюсь, так откуда она взяла, что всё будет хорошо?
Мы спускаемся в чёрный город, и хотя он был разрушен много лет назад, клянусь, я чувствую едкий аромат тысяч сожжённых вещей.